Книга Карантин, страница 92 – Влада Ольховская

Он понимал, что прямо сейчас в кабинке аттракциона пробуждается другая Ловушка, не имеющая никакого отношения к той, которая убила его семью. И все равно, как бы силен он ни был, он оставался человеком, вынужденным бороться со своей памятью. Марк лишь надеялся, что он продолжит действовать правильно и не подставится под удар.

— Я не понимаю… Ловушка же не может атаковать мгновенно, ей необходимо превратиться в кокон! – растерялась Нико.

— Может, если организм носителя слишком сильно голодает, и паразиты чувствуют, что в нем не хватит ресурсов для полноценного выкармливания колонии, – тихо пояснил Мустафа. Как и ожидал Марк, он знал об этих выродках больше остальных. – Тогда они выползают до полного созревания.

— Когда носитель жив? – с ужасом прошептала Нико.

— Да. Когда носитель жив.

Единственной милостью, которую природа отмерила зараженным паразитами существам, обычно оставалась безболезненная смерть. Они даже не понимали, что с ними происходит, они просто отправлялись на прогулку, которая становилась последней в их жизни.

У нынешнего носителя, кем бы он ни был, такую милость отняли. На первом месте для хищников всегда было собственное выживание, и сейчас они пробивались на свободу – с кровью, с болью, пусть и не готовые к этому миру окончательно, но все равно надеющиеся его завоевать.

Оставаться в стороне они не имели права. Марк прекрасно помнил, что в этой группе есть маленькие дети, да и Леони привязана к лавке, она даже сбежать не сможет. Им срочно нужно было вмешаться, и он лишь спросил:

— Кто носитель? Та девушка, ради которой ее отец все затеял?

— Нет, с той все как раз в порядке. Другая.

И в этом тоже была чудовищная ирония. Если бы не побег, у этой девушки было бы больше времени… Марк мог упустить паразитов на ранней стадии – а мог и найти их, и тогда у несчастной оставался пусть и крохотный, но реальный шанс на спасение.

Теперь-то уже точно нет. И она в этом не виновата, она думала, что защищает себя… А может, не думала вообще ни о чем, просто делала то же, что и все. Теперь единственным, что они могли ей обеспечить, стала быстрая смерть.

Когда они добрались до аттракциона, оттуда как раз выбиралась женщина с детьми. Она старалась помочь им всем, удержать их, однако у нее одной просто не получалось – не в панике, не на раскачивающейся из стороны в сторону лестнице. Одна из девочек все-таки сорвалась, она должна была упасть – в лучшем случае на твердую землю, в худшем – на ржавые штыри, торчащие неподалеку. И Марк не должен был успеть ей на помощь, он и сам не понимал, как успел, как перехватил тощенькое тельце в воздухе. Девочка весила слишком мало, она так ослабла, что не могла даже кричать, просто тихо плакала. Но она была жива – только это и имело значение.

Марк передал ее подоспевшей матери и предупредил:

— Оставайтесь здесь, никаких больше забегов по территории. Если за вами снова придется гоняться, убьют и вас, и детей.

Он даже не пытался запугать ее, он сказал ей правду. Ситуация в Объекте становилась все более напряженной, и любую попытку сопротивления могли счесть контролем со стороны врага. Тут уже не важно, есть протез, нет его, убьют просто на всякий случай!

Женщина то ли поняла это, то ли просто слишком устала убегать. Она лишь судорожно кивнула, отводя детей в сторону. Марк не стал задерживаться рядом с ней, он поспешил наверх, за ним последовала Нико.