Книга Продавец игрушек, страница 68 – Влада Ольховская

— Я думаю, что преследованию продавца игрушек следует уделить большее внимание, – наконец сказал Ховакан. – Подготовить вторую группу, направить ее сюда. Но при этом мы будем продолжать поиски, потому что, если мы отступим, мы окончательно потеряем его след. Я не знаю, что за игру он ведет. Но я сделаю все, чтобы не позволить ему обмануть Черный Город. И если за это мне придется отдать жизнь… пусть будет так.

Геката терпеть не могла общие собрания – и вместе с тем никогда их не пропускала. Потому что любой голос может иметь значение, Черный Город принимает на рассмотрение все предложения. И если предложили только глупости, из чего будут выбирать? Так что ей проще было лишний раз приехать, чем пускать дело на самотек.

Собрались не все Воплощения – некоторым не было дела до происходящего, некоторые обо всем знали, но не считали сложившуюся ситуацию кризисом. Геката тоже не могла гарантировать, что опасность высока. Но пока был хоть один шанс, что это действительно так, что они столкнулись с угрозой, способной навредить Черному Городу, она не собиралась расслабляться.

В докладе о событиях она не участвовала, предоставила это Справедливости. Слушала Геката тоже вполуха, ничего нового она бы не узнала. Она в уме систематизировала данные, составляя список основных трудностей на сегодняшний день.

Первое – неизвестно, человек это творит или машина. Для человека слишком грандиозные достижения. Для машины слишком много непрактичных решений. И речь идет не только о сохранении жизни Даники, во многом, что творит это создание, прослеживается… искусство? Да, пусть и сумрачное, но искусство! Тела, развешанные на дереве, ожившее поле мертвых роботов… Люди использовали искусство, чтобы передать некое послание сквозь пространство и время. Возможно, продавец игрушек делает то же самое?

Второе – непонятны мотивы. Даже если все происходящее – послание, то какое? Угроза, требование? Может, все это какой-то план мести, очевидный лишь продавцу игрушек? Мог бы выразиться пояснее… Разве главная радость мстителя не осознание жертвой того, за что она наказана? Но продавец игрушек лишь бросает намеки, порой противоречащие друг другу.

Третье – его ресурсы. Каждое из его действий можно объяснить, да тот же ремонт роботов или выкладывание тел. Но остается непонятным, где он взял столько дронов, необходимых для такого, куда дел потом.

Четвертое – чего от него ожидать? Те Мастера Контроля, которых послал по его следу Справедливость, уже докладывали о странном зверинце на заброшенном вокзале, и пропавших операторах. Конечно, не факт, что за этим стоит он. Но если он… Продавец игрушек дал им понять, что не планирует останавливаться или повторяться. Сегодня он – раздражающий ветер, а завтра способен стать бурей. Значит, нужно сделать так, чтобы до этого «завтра» он просто не дожил.

Когда доклад был окончен, Справедливость вернулся на свое место. На экране застыло трехмерное изображение продавца игрушек – портрет, составленный со слов Даники. Даника сейчас в больнице, одну операцию она уже перенесла очень хорошо, еще две и – нормальная жизнь… Но об этом думать нет смысла, Даника – завершенная история, продавец игрушек – только начавшаяся.

— Не нужно повторять то, как много нам не известно, – монотонно объявил Совет. – Из скудных данных, которые мы получили, я прошу вас определить главную угрозу и предложить пути ее устранения.