Книга Благословенны ночи Нергала, страница 66 – Влада Ольховская

Секрет самого могущественного номера 1 в истории Легиона таился в самоконтроле. Диана не жалела себя и не позволяла себе слабину. А когда все-таки позволила, умерла… Но до этого момента ее техника работала отлично. Диане тоже наверняка было страшно превращаться в инопланетных уродцев, она тоже почти теряла контроль, но если она справилась, из такого распада еще можно выбраться.

«Сосредоточься только на теле», – велела Альда. Голос звучал непривычно жестко, она сама от себя такого не ожидала, но иначе сейчас не получалось.

«Если сознание ускользнет окончательно, обратной дороги не будет…» – голос Триана звучал совсем тихо… как будто угасал. Альда не позволила этому отвлечь себя.

«Сознание поддержу я. Твоя задача – полностью изменить тело и создать клетки, которые будут аналогичны мозговым».

«У цветка черепа нет».

«Ты только сейчас это обнаружил? Да выбери ты место произвольно и все!»

Он поверил ей – у него и выбора-то не осталось. Альда почувствовала, как Триан отпускает контроль: сначала осторожно, словно шагая в бездну, а потом все быстрее и решительнее. То, что он сейчас ощущал, наверняка напоминало затянувшееся падение. Ему не за что было держаться, и он бы просто распался, погибая внутри живого тела, если бы Альда допустила хоть одну ошибку.

Но время ошибок прошло. Альда просто поддерживала импульсы сознания в тканях, которые отвратительно для этого подходили. Это отдаленно напоминало стимуляцию остановившегося сердца или искусственную вентиляцию легких. Орган нежизнеспособен, он должен умереть, но вот в дело вступает сторонняя сила и заставляет его двигаться, выполнять свою функцию.

Это было тяжело, настолько, что Альда была вынуждена полностью отстраниться от внешнего мира и сосредоточиться на телепатии. Если бы к ней сейчас подполз один из местных уродцев и вырвал позвоночник, она бы до самой смерти ничего не почувствовала. Но она вынуждена была пойти на такой риск – иначе ничего не получилось бы.

Она позволила Триану завершить превращение. Это увеличивало нагрузку на нее, однако обидно было бы отступить сейчас, ничего не получив, когда финал так близко. И она держалась, надеясь, что этого хватит, хотя каждая минута тянулась целую вечность.

Потом стало чуть легче: Триану удалось сформировать внутри тела-растения мозговые клетки. В них все равно нужно было поддерживать жизнь, однако это было не так сложно, как работать с пустотой. Когда же начался процесс обратного превращения, Альде показалось, что с нее потихоньку снимают грандиозную каменную плиту, до этого давившую ее.

Триан наверняка понимал, через какую нагрузку он ее проводит. Он ничего не говорил, потому что слова бы это не исправили. Да Альда и не нуждалась в словах… Она чувствовала, что ему не все равно, и этого было достаточно.

Когда все завершилось, она поспешно вернулась в покинутое тело – ощущение было именно такое, хотя ее разум и так все время оставался внутри. Альда словно выбралась на поверхность после того, как долго не могла сделать вдох в толще воды.

Испытание не прошло ее телу даром: мышцы болели, как после судорог, всю нижнюю половину лица заливала кровь из лопнувших сосудов в носу, кожа под формой истекала ручьями пота. Но Альда была жива и Триан был жив. Все остальное по сравнению с этим не имело значения.