Книга Территория Левиафана, страница 32 – Влада Ольховская

Он предпочел уйти. Во-первых, он терпеть не мог любого рода переговоры. Это было нуднейшее переливание слов, в котором искорка смыла, если повезет, проскакивала раз или два. Во флоте это считалось дипломатией. Во-вторых, корабль был и правда чертовски интересный, Кигану было любопытно, как его сделали и зачем постоянно поддерживают в движении. Ну а в-третьих, даже если бы он остался, он бы все равно не смог поговорить с Альдой. Это у нее была работа – проверять мысли и все такое. Ему полагалось сидеть и смиренно помалкивать.

Смиренное молчание уверенно удерживало лидерство в списке занятий, которые Киган на дух не переносил. Поэтому он решил, что с Альдой побудет позже, когда рядом не соберется толпа посторонних. Когда Ноэль ушла возиться с медиками, он отправился в технический отсек.

Не один, конечно. Никто бы не позволил пришельцам из космоса самовольно бродить по кораблю! В провожатые ему приписали мужчину лет тридцати пяти по имени Энден, который здесь считался старшим механиком. Киган еще не до конца разобрался в иерархии колонии, но подозревал, что его спутник – нечто вроде начальника среднего звена.

Энден оказался разговорчивым и напрочь лишенным страха перед чужаками. Чувствовалось, что о своей работе он знает все – и гордится ею. Еще бы! «Посейдон» был единственным возможным домом на этой планете. Если бы корабля не стало, погибли бы все, без вариантов. Поэтому и к самому судну, и к механикам, обслуживающим его, было соответствующее отношение.

Но знал Энден не только эту часть истории, он уверенно болтал обо всем на свете, даже не пытаясь подбирать слова. Приятное разнообразие… На предыдущих миссиях Киган никогда не сталкивался с подобным. Там колонисты боялись чужаков, не доверяли им, пытались обмануть.

А здесь все было по-другому. Колония оказалась неожиданно открытой, и, хотя не все пока готовы были доверять пришельцам, в целом, их прибытие воспринималось как благо. Киган искренне надеялся, что капитану удастся подобрать вариант сотрудничества с этими ребятами, было бы свинством просто взять и бросить их посреди открытого океана!

Он, со своей стороны, тоже мог способствовать такому сотрудничеству. Когда оценивается значимость колонии, слово дают всем специалистам. Поэтому Кигану нужно было выяснить, нет ли на «Посейдоне» уникальных технологий, которые заинтересуют космический флот.

Однако пока они с Энденом брели по лабиринту узких металлических коридоров, он расспрашивал не про корабль, а про его обитателей. Ему срочно нужно было понять, кто такие меры – и он узнал.

Эти существа были в колонии на особом положении. Да, их создание было необходимо, все это понимали и ценили то, что делали воины воды. Но при этом никому и в голову не пришло бы считать меров людьми! После того, как мутация завершалась, человек больше не был человеком. Меры жили на корабле как отдельный народ со своими традициями и законами.

— Ты ж не подумай, что я какой неблагодарный урод! – поспешно добавил Энден. Они почти сразу избавились от лишней помпезности в общении и вели себя как старые приятели. – Я понимаю, почему им все можно… Да если б я так рисковал, как они рискуют, я б тоже награду нехилую потребовал бы!

— Но?

— Какое «но»?

— Когда кто-то начинает вот так заливаться соловьем, потом всегда следует «но», – рассудил Киган.