Книга Танцующий горностай, страница 29 – Влада Ольховская

Мальчик обрадовался еще больше, когда увидел Гайю. Прежде, чем Александра и его мать успели сообразить, что происходит, Тимур вырвался с участка и устремился к динго. Гайя, который был далеко не обожающим детей лабрадором, а диким псом, пусть и хорошо обученным, послушно замер на месте, с немым упреком косясь на хозяйку. Одного движения челюстей хватило бы, чтобы Тимур остался без руки. Но сам Тимур, без сомнений бросившийся гладить пса, об этом даже не догадывался.

— Мама, смотри какой! – завопил он, хотя мать услышала бы его и при куда меньшей громкости. Гайя раздраженно прижал уши к голове. – Я же говорил, нам нужна собака! А как его зовут?

— Гайя, – подсказала Александра, напряженно разглядывая мальчика.

Это и правда был Тимур… Но как такое возможно? Неужели Ян был прав и программа распознавания лиц ошиблась? Так ведь были еще травмы, совпадающие сроки… Александре казалось, что она попала в параллельную реальность, где есть свой Тимур, существование которого не противоречит тому, что еще один Тимур Максаков был убит и спрятан в садовой скульптуре.

Вера, сначала растерявшаяся даже больше, чем Александра, поспешила выйти на улицу.

— Тимур, хватит! – строго велела она.

— Но он же такой пушистый! Его зовут Гайя! Мам, давай заведем такого же!

Глядя на фотографии Тимура, с его черными озерами глаз, с его недетской серьезностью, невозможно было догадаться, что на самом деле он такой – эмоциональный и шумный, как и положено здоровому десятилетнему мальчику. Хотя, возможно, он и не был таким, это прикосновение смерти заставило его по-настоящему полюбить жизнь. Обычно подобное свойственно взрослым, так ведь далеко не каждый ребенок сталкивается с настолько чудовищными травмами!

— Отойди от собаки, – ледяным тоном приказала Вера.

Вот теперь Тимур послушался. Он бросил на Гайю разочарованный взгляд, но все же отошел. Гайя поспешил спрятаться за хозяйку.

— Ну почему мы не можем завести такого? – проворчал мальчик.

— Потому что за такой большой собакой тяжело ухаживать, а Егор Павлович пока запрещает тебе серьезные нагрузки.

— Да что там этот Милютин знает!

— Тимур! – Вера заметно повысила голос. – Как тебе можно доверить собаку, если ты даже не научился уважать своего врача?

— Это вообще другое!

Тут Александра была на стороне мальчика: одно и правда с другим не вязалось. Но она пока не вмешивалась, продолжая наблюдать. Если бы она не знала, что Вера – мать Тимура, она бы решила, что это нянька или репетитор. За все время разговора женщина ни разу не коснулась сына, даже за руку не взяла, обнимать его она не собиралась. И судя по поведению Тимура, он к такому привык.

— Марш делать уроки, и когда я увижу, что у тебя снова нормальная успеваемость, мы вернемся к разговору о собаке.

— Правда? – оживился Тимур.

— Ты запомнил только ту часть, где про собаку, и пропустил мимо ушей упоминание уроков, да?

— Ничего я не пропустил! В конце четверти увидишь, вместе собаку выбирать будем! Хочу вот такую!

Словно стараясь подчеркнуть силу своих желаний, Тимур быстро потрепал Гайю по ушам. Но увидев, что мать хмурится сильнее, мальчик рванул обратно к дому. Вера не торопилась следовать за ним, она повернулась к Александре.

— Извините, неловко получилось. Он у нас… гиперактивный.