Книга Три цветка Индонезии, страница 50 – Влада Ольховская

— Саша, я…

— Заткнись и слушай, раз уж тебе новой информации захотелось. Знаешь, почему я стараюсь сейчас поменьше видеться с Алисой и ее ребенком? Не потому, что не люблю детей, детеныш там очаровательный. Но каждый раз, когда я вижу их, я думаю о том, что у нас с тобой так может и не быть. Пятьдесят на пятьдесят. И не потому, что я что-то сделала не так, а потому что сделали за меня. Я каждый день, каждую минуту помню, что этого можно было избежать, если бы меня нашли раньше… Но никто меня не спас. И я, в отличие от некоторых, не полезла после этого на крышу! Так что не надо мне рассказывать, как справляться с моими проблемами, ясно? Ты ничего уже не расскажешь мне о моем отце такого, что изменит прошлое.

Он хотел еще что-то сказать, Александра видела. Но она сейчас не готова была слушать. Не из-за него – из-за собственной памяти. Оттуда давно уже рвались привычные демоны, а сейчас она сама дала им чуть больше воли, вслух упомянув то, о чем обычно старалась даже не думать.

Поэтому она свистом подозвала Гайю, на ходу подхватила куртку и вышла из квартиры. Лифт вызывать не стала, спустилась по лестнице, быстро, не прислушиваясь, идет за ней кто-то или нет.

Чуть легче стало только на улице – на холодном и свежем воздухе декабря. Александра на секунду прикрыла глаза, потом жестом позволила Гайе бежать на свободный выгул. Пес вполне мог позаботиться о себе сам, а у нее появилось время, чтобы подумать.

Например, о том, что Андрей ни черта о ней не знает и не может быть прав.

А еще о том, что он верно предсказал ее реакцию еще до начала этого разговора и, возможно, он изучил ее чуть лучше, чем она ожидала, так что смысл в его словах все-таки есть…

Десять раз подумай, прежде чем впустить кого-то в свою жизнь. И чем большую власть над своей судьбой ты собираешься подарить этому человеку, тем дольше думай, стоит ли оно того.

Нина повторяла это многим своим клиенткам, заплаканным, затравленным, запутавшимся. Но больше всего на свете она хотела бы перенестись в прошлое и прокричать эту фразу во весь голос на ухо самой себе. Тогда еще неуверенной, растерянной… Считавшей, что с Захаром все несерьезно, а если будет серьезно, то он обязательно изменится. Нельзя сказать, что она обманулась его сладкими речами сразу, она ведь чувствовала, что он пустой внутри. Но с ним было весело и легко, в какой-то момент это стало необходимо.

И вот результат. Оказывается, подлый человек придумает десять способов тебя уничтожить, если задастся такой целью. Раньше Захар тянул ее на дно невольно, просто потому что так ему было удобней, ему было лень напрягаться и меняться. Но теперь Нина отказала ему, дала понять, что жить за ее счет больше не получится, и Захар вышел на тропу войны.

Ну а что ему было делать? Карантинный мир изменился, он больше не мог кормить третьесортных режиссеров, снимающих непонятно что. Даже старые знакомые Захара теперь сочувствующе разводили руками, а то и вовсе не брали трубку. Он мог сколько угодно именовать себя великим режиссером и непризнанным гением, реальность оказалась сурова: подработки ему подкидывали по дружбе, и даже денег, заработанных случайно, ему едва хватало на собственные нужды. Теперь же он остался на улице, и ему это совсем не понравилось.