Книга Три цветка Индонезии, страница 46 – Влада Ольховская

— Думаю, все нормально будет, Кирилл обучаемый.

— Меня больше интересует, почему этим займется он, а не мы.

— Потому что он в этом клубе будет смотреться гармоничней, – пояснила Александра. – И потому что, как я сказала, мы подойдем к делу с разных сторон. Ты сосредоточишься на своем любимом человеке…

— Э… Это ты так про Алису неудачно пошутить решила?

— Нет, я пошутила еще неудачней: про Жильцова. Алиса сказала, что перед смертью он был чем-то очень занят, мало бывал дома. Вот и попытайся отследить, где его носило и что он хотел сделать.

— Полиция уже пыталась, – напомнил Ян.

— Думаю, с совсем иным уровнем усердия. Да и потом, полиция искала «то, не знаю что», ты и сам понимаешь, как это глупо и бесперспективно. У тебя же теперь есть подсказка – снова пересмотри его действия, но через связь с ДиМиро и его окружением.

— Ну, допустим. А ты что будешь делать?

— Арианой займусь.

— Выкопаешь ее, что ли?

— Ну и кто из нас неудачно шутит? – хмыкнула Александра. – Нет, у меня свои планы, скоро узнаешь, какие. Если исключить версию о том, что ДиМиро – просто псих, который любит людям головы сносить, все началось не с него, а с Арианы. Она сделала что-то такое, что его спровоцировало. Это, заметь, не обвинение жертвы, потому что сделать она могла и хорошее, он же у нас очевидно не очень приятный тип. Нам нужно узнать о ней намного больше, чем просто образ «она была хорошей девочкой без врагов». У людей без врагов голова держится на плечах чуть дольше.

— Александра!

— Молчу, молчу.

Ей хотелось заняться этим прямо сейчас – она уже знала, что нужно делать, и в такие моменты ей казалось, что нет в мире ничего важнее. Но Ян привычно оставался более рассудительным из близнецов, он мрачно напомнил о той работе, которая им обоим положена по закону и долгу. Так что в кабинете они оставались до вечера, там их и застало сообщение от Андрея.

Он тоже времени даром не терял, он готов был рассказать им кое-что интересное по делу банкира. Вот только Александре хотелось не радоваться этому, а скрыть сообщение от брата, сделать вид, что нет никакого второго расследования. Слабость была недолгой, на пару секунд всего, но и она настораживала. Александра даже не подозревала, что все, даже отдаленно связанное с отцом, по-прежнему способно так на нее повлиять.

Однако миг слабости закончился, и она снова была собой.

— Демон, нас призывают, – скорбно сообщила она.

— Красиво подала, – оценил брат. – Ладно, зайду сначала к тебе.

— Ева не заждется?

— С чего ты взяла, что она у меня? Она на следующее утро после того разговора ускользнула, когда новое пришествие – понятия не имею, она их не назначает.

В декабре ночи больше, чем дня. Не важно, что там показывают часы и по какому графику ты продолжаешь жить. Заходит солнце – и начинается долгая праздничная ночь, исполосованная разноцветными огнями. А если солнце не потрудилось выглянуть из-за плотной завесы туч, световой день и вовсе стирается, ускользает, ночь кажется полярно долгой.

Вот и они теперь ехали через такую ночь, которая, по сути, была ранним вечером. Александре хотелось остаться здесь, где у людей уже праздник и очереди в магазинах за подарками. Она снова упрекнула себя за трусость и невольно запустила руку в густой мех Гайи, чувствуя его тепло.