Книга Цвет из иных времен, страница 179 – Майкл Ши

Казалось, они улавливали малейшее движение за милю и вежливо, неизменно уходили от контакта. И все же в холмах они были повсюду. Кормились на людских террасах и верандах, бесстрашно пожирали неосторожных кошек и мелких собачек едва ли не с колен владельцев. Койоты заполонили свои земли, ни разу не вступив в конфликт с обезьяноподобными сквоттерами, претендующими на каждый ее фут, и с ревом носились своими путями, попутно убивая любого естественного обитателя – бывало, даже и лис, – но, насколько известно Ларкену, ни один не погиб на дороге. Две нации, словно столкнувшиеся галактики, плыли сквозь друг друга – или же их народ проходил сквозь наш.

Стояла ветреная ночь, – ночь, когда его жизнь резко изменилась. Незримая волна пыталась смыть деревья с холмов. Массивные дубы гнулись и дрожали, как черные языки пламени в лунном свете, а белая трава колыхалась, переливаясь.

Ветер той ночи принес привычную тоску. Гнетя деревья, он ревел, призывал к грандиозному, всеобщему переходу в иную солнечную систему, к лучшей жизни, и трава изо всех сил вторила лишенному корней воздушному гиганту. Все живое стремилось к полету, к власти над временем. Племена всех существ силились восстать в мятеже, каждый понимал, как коротко отведенное ему время, и каждый, когда дул ветер, желал подняться на борт.

Ларкен поднимался навстречу вихрю, до последнего хребта перед равниной, в которой сиял город. Свернул на склон, к приглянувшейся удобной точке обзора, но, завершая поворот, остановился, едва не столкнувшись с тремя койотами, которые направлялись в противоположную сторону. Все четверо замерли и уставились друг на друга.

Серповидная луна, уходящая за спину Ларкена, отсвечивала в шести псовых глазах. Он взглянул на каждого по очереди и встретился взглядом – но не с самым крупным, а с той, что была ближе, худощавой самкой с кривоватой челюстью.

Ларкена растрогала их красота, и он не чувствовал ни капли неловкости. Сперва он решил, что их ужаснула и, возможно, даже смутила близкая встреча. Животный этикет требовал медленно шагнуть в сторону, осторожно отступить, не выдавая при этом желания сбежать… Но самка, опустив голову, стояла неподвижно, сверля его взглядом. Ветер был встречный, но она вытянула нос в его сторону. Два самца, стоявшие по бокам, вытянулись следом, – видно, то были рослые и крупные, но все же щенки, еще учившиеся выживать.

Пристальный взгляд заворожил Ларкена. Он вытянул к ним голову, вдохнул их запах – на случай, если так проявлялось приветствие. Вдохнул и различил в воздухе нечто ледяное.

Запах… ужаса. Трепета. Им разило от койотов… Шерсть встала дыбом, они пригнулись к земле и ощетинились…

Он восхищенно наблюдал, пока его не озарило, пока он наконец не осознал.

Он повернулся – казалось, движение заняло целую вечность – и взглянул за спину.

Над взбитой ветром травой парило, выделяясь на фоне далекого поля городских огней, призрачное нечто; оно высилось и искажало световое поле в спутанный узор, словно огоньки были цветной сетью, едва сдерживающей огромный, полупрозрачный, сопротивляющийся улов.

Но стоило Ларкену присмотреться, чтобы различить нечто во всей его полноте… как оно исчезло. Растворилось в лунном свете. Огни города сияли безмятежно.

Койоты встрепенулись, сбрасывая благоговейный страх. Мгновение они глядели на Ларкена – возможно, с интересом. А затем повернулись и, сверкнув мокрыми мордами в лунном свете, растаяли в траве.