Книга Рваные судьбы, страница 78 – Татьяна Николаева

Матвей всё чаще стал задерживаться на работе, напивался с приятелями. А в пьяном угаре срывался на Лизу, а иногда и девчатам доставалось. Матвей, когда-то покоривший девочек своими шутками и весельем, теперь раздражался на них по всякому поводу. Девочки тоже быстро остыли к нему и поменяли своё отношение. К тому же, они видели, что их мать не любит Матвея и страдает, живя с ним. Поэтому все трое чувствовали неприязнь к этому человеку. Рая, которой этой осенью исполнялось двенадцать, была уже совсем взрослой и понимала больше своих сестёр – так она откровенно презирала Матвея.

5.

Осень 33-го года была немногим легче прошлой осени. Урожай на огородах собирать было не с чего – весной ничего не было посажено. Лиза так натерпелась за последний год, что теперь экономила каждую копейку. Из тех денег, которые Матвей выделял ей на продукты, Лиза умудрялась тратить только половину, а остальное откладывала на «чёрный день». Матвей часто ругался и был недоволен, когда обнаруживал, что Лиза вместо того, чтобы купить три литра молока, покупала только литр и разбавляла его кипяченой водой; или, когда видел мелкие несвежие овощи, купленные подешевле, вместо нормальных и свежих. Но Лиза пропускала мимо ушей все ругательства Матвея. Она молча сносила упрёки и обиды, а сама делала по-своему.

«Сегодня есть Матвей, – думала она, – а завтра – это неизвестно. Должен быть какой-нибудь запас, хоть на первое время».

6.

Верочка, наконец, пошла в школу. Она совсем поправилась после перенесенной болезни, хотя и была ещё очень худа. Она очень радовалась, что идёт в школу, как и её сестры. Она, значит, тоже уже взрослая. Мама пошила ей новый белый передник, и, несмотря на то, что сама форма не была новой – её уже относили Рая и Шура, всё равно Верочка была счастлива и горда – ведь она теперь тоже школьница. Матвей дал денег, и Лиза купила дочери портфель, новую чернильницу, перо и даже цветные карандаши.

Первого сентября Лиза нарядила всех своих дочек в белые передники, вплела им в косички белые ленты, дала портфели в руки – и отправилась с ними в школу. Верочка впервые шла этим путём, и всё для неё было ново и интересно сейчас. Дорога в школу была дальняя. Сначала она выходила к железнодорожным путям и резко уходила влево; затем петляла широкими Осиновскими улицами и выходила к реке. Потом долго тянулась вдоль реки, по самому её берегу, мимо домика Репина. И затем снова уходила влево от реки, чтобы привести, наконец, к школе.

Идти надо было почти целый час, но Верочку не утомила дорога. Для неё всё было как в сказке: широкие улицы и узкие переулки, резко сменяющие друг друга, близость путей и грохот поездов на мосту. И берег реки, поросший ивами – молодыми гибкими деревцами, качавшимися от малейшего дуновения ветерка, и уже старыми вековыми красавицами с толстыми широченными стволами и длинными тонкими ветвями, спускающимися с огромной высоты к самой воде. Несмотря на почтенный возраст самого дерева с необъятным, казалось, окаменевшим стволом, густые длинные ветви хранили молодость и саму жизнь: они всё так же шелестели листвой и раскачивались на ветру, вместе с молодыми стройными соседками.

Всё это уже видано было Верочкой, и не раз, но сейчас представало перед нею по-другому. Каждый поворот и каждый вид, открывающийся взору, заставлял чаще биться её сердечко.