Книга Большая птица не плачет, страница 83 – Татьяна Николаева

Это была не редкость, что у наших ворот кто-нибудь падал без сил. Но этот человек, пришедший немногим позже после того, как я отпустил нового знакомого отдыхать с дороги и общаться с учениками, не занятыми корой и медитацией, выглядел намного сильнее и крепче. Он был немолод, но и не стар еще, с проседью в иссиня-черных волосах и проблесками раннего, преждевременного серебра в короткой и узкой черной бородке, но вокруг его глаз разбегались лучики морщинок, а руки — такие руки я видел только у сильных людей, привыкших либо к земле, либо к оружию. Судя по въевшейся в кожу земле и широким мозолям на ладонях, этот человек знал и то, и другое, однако и нашу веру, не предполагающую оружия, он тоже знал: войдя, поклонился сначала Сангья, который открыл ворота, потом — мне, когда мы с ним пересеклись первым взглядом.

Мне понравилось, как он смотрел: честно, чисто, открыто. В его взгляде жила бесконечная усталость, но он улыбался — хорошо улыбался, по-доброму. Одними глазами. И знал наши традиции.

— Кто ты такой?

— Охотник из степного стана. Меня зовут…

— Саин-ахатай!

Мы оба вздрогнули от неожиданного возгласа за моей спиной. А в следующее мгновение юный лекарь, вихрем промчавшись от чайного дома через все плато, крепко сжал в объятиях нежданного гостя. Тот закрыл глаза, крепко обнял юношу в ответ и похлопал его по спине.

— Саин-ахатай! Сколько лет! Ты жив! О Небо, ты правда живой! — захлебываясь восторгом, юноша и сам растерялся от радости, но и молчать не мог. — А ты меня помнишь? Не забыл ведь? О Небо, я так рад!

— Конечно, Аюр, — мягко улыбнулся он, по-отечески положив руку на узкие плечи пареньку. — Я думал, это вы все меня забыли.

— Но…

Взглянув на меня, лекарь осекся, неловко сглотнул. Любопытство не порок, куда больший порок — спешка в столь важных вопросах.

— Пойдемте выпьем чаю, — наконец сказал я, вздохнув. И почему-то наверняка знал, что ответит на мой вопрос гость, чье имя на древнем языке означало «мудрый»: он пришел из-за перевала, имя дала ему мать, его друзья в плену у гийнханцев, и он тоже искал здесь помощь, надеялся на тайные силы и знания, а увидел десяток монахов и своего давнего знакомого, который пришел в монастырь лишь тремя днями ранее.

И этот ответ мне тоже понравится, потому что после этого нас свяжет одна общая цель.

* * *

[1] Ананда — старший и самый близкий ученик Будды, обладавший даром целительства.

[2] Имеется в виду чай «сияние лунного света» 月光白，его можно приобрести и в наше время.

[3] Санскрит.

[4] Гайвань — традиционная китайская посуда для заварки и пролива чая с носиком, крышкой и блюдцем.

Мирген проснулся от резкого толчка в бок. Он и сам не заметил, как заснул в положении сидя, и теперь страшно затекли связанные руки, голова гудела, шевелиться не хотелось, отсыревшая одежда не согревала, а пожалуй, что наоборот. Он с трудом разлепил тяжелые веки и увидел того самого молодого охранника, который накануне их сторожил. Тоже не очень довольный ранним подъемом, парень насупился, как сыч, и оттого его смуглое лицо казалось еще мрачнее.

Стряхнув с себя остатки неглубокого, тревожного сна, Мирген протер лицо сухими холодными ладонями и сел, прислонившись к дереву. Остальные еще спали: Панг похрапывал, съежившись под чужим дэгэлом, мастер чему-то хмурился, зябко подтянув к груди колени и накрыв их жилетом, Айрата во сне от холода прижалась к нему, спрятав нос в воротник. По земле стелился туман. От реки тянуло промозглой сыростью, а сухой и холодный ветер тихо шевелил колючие ветки.