Книга Вечные Пески. Том 1 и 2, страница 22 – Лео Сухов

— Боишься, что выгоню тебя, как Лорх? — коротко, но мрачно хохотнул старик.

— Ты всегда был слишком мудр для такого! — поддержал я его смех и ввернул комплимент, чтобы Дархан и в самом деле меня не погнал. — Но, возможно, взваром мы не обойдёмся…

— Если новости и впрямь плохие, я выслушаю, а потом попрошу сына принести фруктового вина, — решительно хлопнул рукой по столу старик.

Жаль! Я надеялся, что глоток алкоголя сделает своё дело, и Дархан меня будет слушать в благодушном настроении. Однако раз уж не получилось, то всё равно надо рассказывать — ведь так велит Закон Песка. И надеяться на то, что Дархан помнит о Законах Воды.

— Гухулы, — сказал я тихо, отодвинув кружку. — Я видел их прошлой ночью. Три разведчика. Остальных лишь слышал в темноте. Они шли по нашему следу. Мелькали на горизонте, когда начинался рассвет.

Об амулете ночного зрения я старался никому не рассказывать. Так что приходилось изворачиваться:

— Они отстали, когда мы подъезжали к Золотой Воде. Но где гухулы, там и другие демоны. И те будут куда опаснее, хоть и приходят только по ночам.

Дархан, только что улыбавшийся, замер. Его лицо стало каменным. Он тяжело вздохнул, раскрыл рот, закрыл снова… Задумчиво провёл рукой по подбородку… И только потом заговорил:

— Ты уверен? Не почудилось после долгой дороги? Может, эхо старых кошмаров?

— Да, я был в Кечуне, — прервал я его мягко, но твёрдо. — И два года сражался с ними. Поэтому я знаю, как скрипят их кости, как пахнет нашёптанная плоть, как льётся их густая кровь. И, поверь, я никогда не перепутаю гухула с кем-нибудь ещё.

Старик опустил взгляд. Его узловатые пальцы сжали край стола, а в глазах мелькнула тоска.

— Значит, всё… Всё кончено. Придётся бросать. Дом, хозяйство… Пески и это заберут. Потерять в одночасье всё, что нажил за годы…

— Демонам пустыни не интересен твой дом, Дархан, — покачал головой я. — Их не манит тень или прохлада стен. Им не нужна вода. Их влечёт только одно: жизнь и кровь. Жизненная сила, которая течёт в наших жилах. Вот что им нужно. Стены — лишь помеха на пути к еде.

Старик тяжело вздохнул, и его взгляд стал отрешённым. Будто он сейчас смотрел сквозь стены на своё хозяйство, которое уже почти потерял.

— Тяжело будет, сынок. В мои-то годы начинать всё сначала…

— Сначала? Разве это то же самое, что снова искать жену, Дархан? — качнул я головой. — Снова рожать детей и ждать внуков? Эти дела ты никогда не начнёшь сначала, друг. Твоё богатство в любви Хадизы, в трёх сыновьях и двух дочерях, что дружны, хотя давно уже взрослые. В двух зятьях, что верны тебе, как сыны, и трёх снохах, что любят тебя не хуже дочерей. Ну и… Сколько у тебя внуков-то, Дархан?

— Шесть уже! — гордо улыбнулся старик.

— В шести внуках… О каком начале ты говоришь? Ты богаче, чем многие рода, что сидят на злате в Междуречье. Твоя семья — твоё богатство. Её спасай, а не каменные стены и ровный доход.

— Ты прав. Глупость цепляться за камни, когда на кону жизни своих… Ладно!.. — старик стукнул кулаком по столу. — При первых же признаках, при первом слухе или намёке мы снимаемся и уходим. В Илос. Там стены покрепче. А может, и дальше куда уйдём от этой бойни. А потом вернёмся сюда и отстроим всё заново… А про фруктовое вино ты верно спрашивал. Умный ты парень, Ишер… Не по годам умный… Марихан!