Книга Вечные Пески. Том 5, страница 101 – Лео Сухов

— И что теперь? — мрачно озирая эту толпу, уточнил Ситранис.

Я посмотрел на солнце, которое быстро катилось по небу в сторону горизонта. До темноты оставалось не так уж много. Надо было как можно быстрее решать вопрос.

— Сейчас что-нибудь придумаю, — честно пообещал я.

Самым простым решением было бы отбежать подальше вдоль стен, а там уже броситься в воду и поскорее отплыть от берега. Однако стоило мне начать отходить, как пара одержимых немедленно двинулась за мной. А стоило мне побежать, как они тоже побежали.

Пришлось вернуться и снова начать думать.

У меня оставалось последнее средство — шёпот. Вот только шептать надо было на воду и ветер.

Вода и Песок — не враги. Я помнил эту фразу Арахаманы, которую она сказала мне во сне. Да, я учился шептать в песках, поэтому и запоминал больше шёпотов, ориентированных на песок и ветер.

Однако воду мне уже как-то приходилось использовать, создавая пескоструйки.

А теперь надо было попробовать поднять волну. Волну достаточную, чтобы отпугнуть одержимых. Я закрыл глаза и стал слушать Дикий Шёпот в своей голове. Слушать, улавливать в его звуках те, которые мне сейчас нужны. Те, что описывают лёгкий ветерок и мелкую волну, которая мерно плещет на край рва.

Это было сложно. Это было непривычно. Но я справился. И, подчиняясь моему шёпоту и воле, ветер задул с запада. Он проносился над поверхностью воды, наконец-то найдя себе занятие. И азартно гнал волну в сторону стен. Там вода наталкивалась на берег, катилась обратно, наталкивалась на следующую волну, снова возвращалась…

Чаша за чашей, я заставлял воду болтаться между берегами. Всё сильнее и сильнее.

И, наконец, волна поднялась. Сильная, устойчивая, высокая. Она обрушивалась, почти достигая кладки, обливая нас, людей, сидящих у стены, и заставляя одержимых заметно волноваться. Сами они броситься в воду не могли и не хотели. И даже от моей волны всякий раз старались уйти.

— Как подальше отойдут, бросаемся в воду и плывём! Изо всех сил! — прокричал я своим.

Броситься в воду сумели все. Тут сложностей не было. Главное — подбежать к волне, поднырнуть под неё, а дальше вода сама отнесёт тебя от берега. И кинувшиеся следом одержимые не смогли до нас добраться. Но вот дальше…

В общем, не так уж хорошо плавали наши добровольцы. Это на спокойной воде они, может быть, легко держались. А во время такого волнения оказалось, что плыть им тяжело. И пусть я уже перестал шептать, и ветер унялся, да только вода по-прежнему плескалась меж берегов. А одновременно плыть и шептать, успокаивая волну, у меня не выходило.

И если первые шагов двадцать на кураже проплыли все, то затем у людей начались сложности.

Трое человек, к несчастью, так и не выбрались. Утонули во рву, наглотавшись воды. Ситраниса я вытащил буквально чудом, чувствуя, как у самого заканчиваются силы. К счастью те, кто уже переправился, додумались кинуть нам верёвки, чтобы вытащить.

А затем, сидя на берегу и восстанавливая дыхание, я смотрел на толпящихся на другой стороне одержимых. Смотрел и думал над тем, как бы ещё посильнее осложнить им путь из города.

На ум приходило только одно — обрушить пару пролётов каменного моста. С чем я и пошёл к Ферту, как к самому опытному.

Судя по всему, нам предстояло переночевать под стенами Корабела. А для этого требовалось его намертво запечатать.