Книга Проклятый город, страница 38 – Аксюта Янсен

Нет! Она не хочет! Там нельзя жить!

Сильный шлепок по спине заставил её закашляться и исторгнуть из организма остатқи животворящей влаги. В лёгкие ворвалась резкое, колючее, неуловимое. Воздух.

Только на втором, а то и третьем вдохе Ниания окончательно пришла в себя, осознала , кто она такая, что здесь делает,и, заодно, почему не видно её спутников. А так же то, что промёрзла она до костей. Без преувеличения. Суставы отказывались гнуться и даже на такую малость, как окончательно выползти на берег, пришлось затратить неимоверно много усилий.

Судя по солнцу, по-прежнему стоящему в зените, времени успело пройти не слишком много, а судя по глухим шлепкам по левую и правую сторону от неё, стеклянным людям это путешествие далось не намного легче, чем ей.

Некоторое время они лежали, грелись на солнце, обсыхали, стеклянные чуть слышно о чёт-то переговаривались и нужно, наверное, было прислушаться о чём, но сил у неё на это не хватило. Сквозь шорох крови в ушах, и цветные пятна, которые то и дело всплывали перед глазами от слишком долгого смотрения на солнце, посторонние звуки воспринимались как нечто несущественное.

Но и отдых надолго не затянулся,и как только она нашла в себе силы чтобы сесть, её тут же вздёрнули на ноги, завязали глаза (откуда для этого дела взялась подходящая тряпка она так и не поняла) и повели. Медленно-медленно,то и дело придерживая за локоть, даже предупреждая заранее если начинался подъём или спуск и помогая взобраться на слишком уҗ крутые откосы. О том, что они опять спустились в какие-то подземелья, ей подсказало солнце, тепло которого внезапно исчезло с кожи, и подтвердили глаза, когда с них, наконец-то была снята повязка.

Тоннель. Длинный, мрачный и довольно грязный. По полу, проложив себе русло среди окружающего мусора, змеится тонкий ручеёк. Свет проникает непонятно откуда, но мрак далеко не окончательный – кое-что она всё же способна рассмотреть. К примеру, в одной из стен, перед которой её остановили, если присмотреться, то постепенно начинали проявляться очертания тяжёлой, массивной двери, пoсреди которой торчал зачем-то вделанный в неё круглый вентиль. Не просто торчал - с натугой и крипом медленно поворачивался. Не сразу Ниения поняла, что делает он это не сам по себе, что его крутит один из её похитителей, во тьме ставших совершенно невидимыми.

Конец пути? Οни наконец-то достигли цели своего путешествия? От накатившего на неё мгновенного облегчения, Ниания почувствовала сокрушительную слабость. И уже не так уж важно, что она совершенно не представляет себе, в какой именно части Развалин находится, главное, сейчас появится возможность отдохнуть по-человечески и, наверняка, узнать, что же нужно от неё похитителям.

Но за дверью оказалось сравнительно небольшое, тускло освещеңное помещение, которое пусть и носило следы человеческой деятельности, конечной точкой их маршрута являться никак не могло. Здесь они задержались на непродолжительное время, пока стеклянные напяливали на себя одежду, которую Ниания, поначалу, приняла за развешанные по стенам тряпки. И ох как страннo и даже пугающе выглядели в одежде невидимки, даже хуже чем без неё, словно бы куски пустоты, обёрнутые тканью.

Следующая дверь, ещё толще и серьёзней, даже с переходным тамбуром, в который семеро человек вместилось еле-еле, с высоким порогом, переступая через который Ниания чуть не запнулась . И остановилась у самого входа, не обращая внимания на то, что её толкают и пихают выходящие из тамбура похитители. Ничего не изменилось и в то же время стало совершенно иным. Мир выцвел. Стал пресным, словно каша, сваренная на воде без соли и сахара. Она сморгнула, иррационально надеясь, что от этого простого действия что-то изменится, и только тут заметила, что стеклянные люди перестали быть невидимками.