Книга Рождённая летать, страница 256 – Аксюта Янсен

Прибить этого доброхота за самоуправство захотелось немедленно. Какое он вообще право имел выставлять чужое творчество на всеобщее обозрение, не спросив мнения автора?! Но врождённая интеллигентность не позволила распустить кулаки. Зря. Потому, что Маарик не испытывал ни малейшего сожаления от содеянного:

— Ага, знаю я тебя, всё почёркаешь, порвёшь, и такие вещи пропадут! — и всё-таки увернулся от руки, взлетевшей, чтобы отвесить ему затрещину.

Черновики Алишер всё-таки добыл, и может быть именно поэтому, а ещё потому, что внезапно обретённая бешеная популярность согрела менестрельское сердце, с Маариком насмерть он не рассорился.

Между тем, с фронта боевых действий, на крыльях гонцов к ним прилетали победные новости. Захваты городов, один за другим, давшиеся почти без потерь и без ощутимого сопротивления коренных жителей (правда цветами и пирогами их всё же не встречали). Падение столицы и бегство из неё императора. Четырёхстронние переговоры, включавшие ойров, на которых были установлены новые границы (Светлая империя прирастила к себе некоторую часть), выплаты контрибуции (ойры, которым предстояло восстанавливать порушенное за века хозяйство, получили больше прочих), изъят архив технической документации (это уже айи постарались) и уничтожены энергетические установки, где в качестве элемента питания использовался человек. Лейв вообще предлагал уничтожить и документы, чтобы даже памяти об этой позорной странице истории их мира не осталось, но Мастера, и в частности Мастер Азорра, воспрепятствовали этому. Как впоследствии объяснял это своё решение в одном частном разговоре Мастер Азорра:

— Я не верю, что такие знания можно уничтожить безвозвратно. Обязательно останется хотя бы память о них и вполне возможно, найдутся недобрые гении, готовые их возродить. И до чего ещё додумаются! А мы, всё забыв и уничтожив, не будем знать с чем столкнулись и как с этим бороться.

Но это было потом, когда у историков и биографов возникло желание разобраться в причинах и следствиях. А сейчас победители просто возвращались по домам.

Шерил

— Шерил! Шерька! — сквозь сон донесся до неё чей-то встревоженный голос, и только потом она ощутила, что этот «кто-то» ещё и встряхивает её за плечи.

— Что ещё? — Шерил приподнялась на постели и отмахнулась, не открывая глаз. Попала по чему-то мягкому.

— Фу-ты, зараза! Мышцы себе накачала! Просыпайся давай!

Шерил открыла глаза, но ничего, кроме смутных ночных теней, не увидела, протёрла их кулаками и поняла, что в комнате просто не зажжён свет, а будит её не иначе как Зрящая Уллия. Правильно, ей-то свет зачем, её артефактные глаза и так неплохо видят, в темноте.

— Какой ктырь тебя укусил? Ночь на дворе.

— Просыпайся давай, ты нужна! Там, в Высоком Храме происходит что-то непонятное.

— А почему я? — проворчала Шерил, но с постели сползла и даже одеваться принялась довольно шустро.

— Крылатая мерцает.

— Какая именно крылатая? — Шерил остановилась, до половины натянув штаны. — Причём тут я? К целителям иди!

— Ты правда ещё спишь. Статуя Крылатой, из Храма!

— А-а, о, — протянула Шерил, действительно проснувшись и потихоньку начав соображать. — Это потому, что статуя сделана кем-то из Творцов, меня приглашают в качестве эксперта? Уж лучше бы Алишера растолкали. Он и сильнее как маг и в других видах Искусства разбирается лучше.