Онлайн книга «Страж империи»
|
Оба быстро встали по углам. Дверь, заскрипев, отворилась и, яркий солнечный луч осветил узкое пространство пекарни. — Ну и кавардак! – на пороге возник тестомес Фимка. – Господи боже ты мой! Да что же это такой делается-то? — Бежим! – громко крикнул Алексей и, оттолкнув тестомеса с пути, рванул стремительной молнией, чувствуя, как бежит позади Мануил. Выбежав на площадь – уже начинавшую заполняться первыми утренними торговцами – они свернули за угол, потом пробежали чьим-то незапертым двором и вскоре очутились на тихой, усаженной платанами улочке, в глубине которой располагался уютный трехэтажный особнячок с большим портиком – целый дворец. Тут беглецы и остановились – отдышаться. — Господи… это наш старый дом! – Мануил кивнул на дворец. – Мы были здесь счастливы… когда-то давно, до турок… – Парнишка вздохнул – видать, снова вспомнил отца и брата. – До турок… Не успел он произнести фразу до конца, как вдруг, словно бы прямо над головой, малиновым звоном ударили колокола: — Бомм-бомм-бомм! Их ровный, басовитый гул тут же подхватили другие – потоньше, поизящней – а вот снова басом… а вот – тенор… или баритон. Перекликаясь, колокольный перезвон летел по всему городу! — Господи, что это? – тихо спросил юноша. Алексей спокойно пожал плечами: — Ничего особенного, просто звонят к заутрене! — К заутрене? — Ну да. Кстати, ведь уже Рождество – праздник. — Рождество… А где же муэдзины? Что-то я их не слышу? Что же они не созывают магометан на намаз? — А их здесь и нет, – протопроедр уже не прятал довольной улыбки. – И никогда не было. Великий град Константина – православный город. — Град Константина… – эхом повторил Мануил. Парень, похоже, не представлял, что вообще происходит. Ну еще бы… Ко дворцу, покачиваясь, подкатила коляска, запряженная четверкой гнедых. — Господи, – Мануил резко побледнел. – Это же… это же коляска отца! Спрыгнув с козел, возница ловко распахнул дверцу и поклонился, приветствуя спускавшегося по мраморной лестнице вельможу – седовласого человека со строгим лицом и грустным взглядом. — Господи… – снова повторил Мануил… и потерял сознание. Он пришел в себя уже в доме протопроедра. Не так уж и тяжел оказался парень – Алексей его быстро дотащил. Но испугался – вдруг да сердце не выдержало? Вот уж покойник был бы сейчас никак не нужен, никак… Ксанфия растерла виски юноши морской солью. Мануил открыл глаза: — Где я? Ой… Боже, Боже… — Батюшка, а Мануил очнулся уже? – в комнату, любопытствуя, заглянул давно уже проснувшийся Сенька – востроглазый, шустрый, веселый, даже чересчур. — Арсений… – узнав, слабо улыбнулся лежащий. – Ты… ты как здесь? — Вообще-то это мой сын, – усмехнулся протопроедр. – Иди-ка пока погуляй, Сенька. — Но… — Погуляй, кому сказано?! — Я покормлю детей, – поднявшись с края ложа, Ксанфия улыбнулась и погладила Мануила по волосам. – Выздоравливайте, молодой человек. Очень рада знакомству. — Это моя дражайшая супруга, – спохватившись, запоздало представил Алексей. — Супруга? Сын… Арсений – ваш сын, протопроедр? То-то я и смотрю… словно бы вас где-то когда-то видел. Господи! – мотнув головой, юноша резко поднялся. — Лежи, лежи! — Тот человек… там, в коляске… Кто это был? — А, ты про это, – усевшись в кресло, Алексей обмахивался веером. – Это господин Лука Нотара, дука. Очень влиятельный человек. |