Онлайн книга «Сокол»
|
— Умножай свое богатство! Умножай свое богатство! Умножай свое богатство! Какие-то смазливые девчонки — нашлись здесь и такие, — вскочив, закружили рядом, извиваясь, словно ползущие по горячему песку змеи. Однако этих танцовщиц парням показалось мало, и они принялись силой выдергивать остальных женщин: — А ну, иди сюда, дева! Вставай, поднимайся, потанцуй с нами, иначе, клянусь Осирисом, мы сейчас выкинем тебя за борт! Такое вот предложение, от которого нельзя отказаться. Максим давно сидел в напряжении, заметив, что самый главный нахалюга — пухлогубый — не сводит сального взгляда с Тейи. Вот, вихляя бедрами, подошел: — Вставай, красавица! Нагнулся, намереваясь грубо схватить царевну за руку. Не вставая, Макс коротко ударил его в скулу, да так, что незадачливый танцор кубарем перевалился через борт и полетел в воду. — Ты что творишь, крестьянин? А ну-ка, мы сейчас зададим тебе хорошую трепку! Жутко завопив, товарищи нахалюги бросились на едва успевшего подняться на ноги юношу. Тот быстро принял боксерскую стойку. Негоже, конечно, кандидату в мастера спорта тягаться с пьяницами, но те сами напросились. Удар! Короткий, боковой хук — в голову. Это одному… Тут же второму — апперкот в печень. Ага! Согнулся, завопил. Это тебе не песни орать пьяным голосом. Очнувшийся от хука тоже замахал руками. Ага, попадешь, как же! Нечего и думать. Удар! Удар! Удар! Только черные ступни мелькнули над бортом. И плеск волн. Третий прыгнул сам. Четвертый же… Четвертый — музыкант и певец — уже давно спал, склонив голову набок и пуская слюни. Максим не стал его трогать. Поставил ногу на борт, выглянул: — Ну, что, протрезвели? В ответ послышались самые гнусные ругательства. Молодой человек лишь пожал плечами: — Ну, нет, так еще поплавайте. Может, вас там крокодил съест. Во-он он как раз плывет! Даже не один, целый выводок. Воистину, вкусный у них сегодня ужин. Вкусный и питальный. — Ладно тебе насмехаться! — Испуганно оглядываясь, парни резко сбавили гонору и подплыли поближе к барке. — Мы это… влезем? — Влезайте, — мигнув кормщику, Максим безразлично пожал плечами. — Только имейте в виду, ежели хоть что-то пойдет не так, снова выкину. — Да ладно… Присмиревшие парни уселись ближе к корме, время от времени бросая на Макса любопытные взгляды. Да-да, пожалуй, любопытства там было больше, нежели ненависти и злобы. Интересно нахалюгам стало — кто этот тут вдруг осмелился их так побить? А музыкант все так и спал, привалившись спиной к борту. Парадный, тщательно завитый парик его давно слетел на палубу и валялся там черной, мокрой от брызг мочалкой. Наступил вечер, и в небе зажглись желтые звезды. Люди постепенно успокаивались, уже никто больше не пел, не плясал, все готовились ко сну, расстилая циновки и вполголоса рассказывая друг другу разные поучительные истории. На ночь барка свернула к берегу, но не причалила, а лишь бросила на излучине якоря. Так было спокойнее. Тейя быстро уснула, а вот Максим, как мог, боролся со сном, справедливо ожидая визита молодых нахалов. Те и явились, правда не все, а только двое. Надо сказать, вели себя вполне даже корректно — вот что значит вовремя двинуть в челюсть, сразу вся спесь пройдет. — Ну? — глядя на возникшие рядом тени, с усмешкой потянулся Макс. — И что вам еще надобно? |