Онлайн книга «Поручик»
|
Ани… Вот так, на французский манер, с ударением на последний слог. Анисья… Нет, лучше б это имя пока что не вспоминать! Впрочем, Ани так Ани. — Вы, господин, видно, приехали ее проведать? Или по каким-то есчо делам? — Проведать… — Она за тростником пошла. Скоро явится, – хозяйка улыбнулась. – Могу я предложить вам немного вина, господин? Очень хорошее вино, могу вас уверить. А коня давайте! Я привяжу позади телеги… и задам овса. А вот это было бы кстати! И вино, и овес… — Давайте! – спешившись, весело крикнул молодой человек. Они сели рядом с кибиткой, у догорающего – видать, еще с ночи – костра. Сама хозяйка уселась на низенькую скамью, явно вытащенную из кибитки, гостю же предложила плетенное из ивы и лозняка кресло, очень даже удобное. Нарезав сыр, поставила на угли жаровню с овощами – запекаться. Лук, чеснок, бобы… Не бог весь что, но вкусно, очень даже вкусно! А вино – и впрямь выше всяких похвал. — За государыню Екатерину Алексеевну! – встав, поручик поднял бокал. Поднялась и Мирелла, откликнулась эхом: — За государыню! За вас, русских! Дай Бог, прогоните этих безбожных турок! — Уж в этом сомневаться не извольте, – выпив, заверил гость. – Хорошие бокалы! Голубенькие… Бурано-Мурано? — Да, трофейные. Кто-то из солдат принес, – хозяйка улыбнулась. – Оставили для гостей. Как вам вино, господин? — Весьма! Так, говорите, хорошая девушка? — Ани? О, да! – Мирелла чуть помолчала и вдруг вздохнула. – У нас ведь были и свои дети… Но турки… Не хочется вспоминать… Ани же… Она напомнила нам… И вообще, хороша – работящая, веселая… А как песни поет! Она еще и поет… — Мы бы хотели оставить ее у нас, господин, – оглядевшись вокруг, хозяйка понизила голос. – Если это возможно. Я понимаю – беглая рабыня… — Это она вам сказала? – вздрогнул Антон. — Нет… Догадаться нетрудно, поверьте, мой господин! — Хм… Сама-то она не против? — О нет, господин! Совсем-совсем не против. Наоборот! Ей очень по нраву наша… наша свобода, мой господин! Простите, если не то сказала. Антон усмехнулся: — Да нет, все то. Хочет – пусть живет. Только прошу, осторожней! Никто не должен знать… — Мы сказали всем, что это наша племянница из Добруджи. Бежала от турок… А вот и она! – привстав, указала пальцем Мирелла. На тропинке, идущей из самшитовой рощицы, появилась Анисья… Все в тех же шальварах, но уже не босиком, а в каких-то плетеных чеботах… опорках, что ли… И вместо грязной кацавейки – полотняная короткая жилеточка, серая, с красной вышивкой и белой опушкой – очень красивая. А еще и браслетик на левой руке! Желтенький, стеклянный… Сгорбившись, девчонка тащила на спине изрядную вязанку тростника, и, похоже, ноша ее ничуть не тяготила. Непокрытая голова, темно-русые волосы, стянутые узеньким кожаным ремешком. Милое личико, сияющие синевой глаза… Красотка! — Ой… господин… — Вы поговорите, – поднялась Мирелла, – а я пока займусь тростником. Да и задам вашему коню овса! А то ведь совсем забыла… Ани! Садись к костру и ничего не бойся. Господин приехал тебя навестить. Подхватив вязанку, хозяйка ушла за повозку. Ани… Анисья послушно уселась и потупила взор. Все же боялась – это было видно. — Если ты хочешь, можешь остаться здесь, – первым делом заявил поручик. И попал в точку! Девушка сразу же зарделась, повеселела. |