Онлайн книга «Последняя битва»
|
На испачканного в грязи Раничева косились, да и шагавший чуть впереди спутник его одежкой своей тоже, надо думать, не вызывал особо положительных эмоций у добропорядочных бюргеров. Впрочем, кое-кто с ним раскланивался, и красномордый верзила тоже кивал в ответ! Ну надо же… — Зайдем? – неожиданно предложил он, остановившись напротив распахнутой двери, над которой висела позолоченная пивная кружка. Иван не знал этого немецкого слова, но хорошо понял сказанное и широко улыбнулся: — Пошли… Только это… Гроши, пфенниги – нихт, нихт! — Гроссен нихт? – Переспросив, верзила сипло расхохотался и махнул рукой – мол, так и быть, угощаю. — Отто, – усаживаясь за стол, представился он. Раничев протянул руку: — Хуан. Трактирщик принес пару больших деревянных кружек со взбившимися шапками пены. Ивану показалось – ну никогда в жизни еще не пил вкуснее! Интересно. Почему этот тип – Отто – решил вмешаться в конфликт? Или эти лиходеи немало насолили когда-то и ему самому? А этот браконьер может оказаться полезным. Наверняка он хорошо знает все окрестные леса, в том числе и тот, что у старой орденской мельницы. Поговорить бы… Эх, плохо без языка. Раничев попробовал было сказать пару фраз по-латыни – Отто не понял, покачал головой: — Поляк? Ну вот, опять принимают за поляка! Раничев замахал руками: — Найн, нихт, нет. Ноу поланд! — Литвин? Хм… А что? Чем плохо сейчас назваться литвином – по крайней мере, можно будет говорить по-русски, на государственном языке Великого княжества Литовского. Только бы не приняли за шпиона. — Литвин, – согласно кивнул Иван. – Знаешь русский? — Немного. – Отто неожиданно улыбнулся и, подозвав трактирщика, заказал еще пива. — Ты смелый человек, Хуан. – Браконьер говорил по-русски с ужасающим акцентом, но все же говорил, видать, довелось когда-то пожить в литовских городах – Менске, Витебске, Могилеве или даже в Киеве, Чернигове, Брянске. — Сражаться с бандой хромого Ганса не каждому под силу, – негромко продолжал Отто. – Хорошо ты потрепал этих ублюдков. Раничев прищурился: — Вижу, и ты их не очень-то любишь. — Ненавижу! – тут же отозвался браконьер. – Они когда-то сдали меня олдермену ордена… Едва вырвался. Иван понятливо кивнул, не переспрашивая – за что сдали, наверное, что-нибудь интеллектуальное, типа охоты в чужих лесах или рыбной ловли в орденских озерах и реках. — Ты очень выручил меня, Отто, – тихо сказал он. – Поверь, не забуду. — Ерунда. – Отто отмахнулся. – Ублюдки хромого Ганса давно здесь всем надоели. — Что же городской совет? Ратманы? Никак не могут переловить? — Совет? Ратманы? – Браконьер хохотнул и, оглянувшись, понизил голос. – Хромой Ганс имеет высоких покровителей в ордене! Кто-то из высших братьев явно ему помогает, иначе давно бы повесили и его самого, и всех его людишек. — Поня-а-атно… Послушай-ка, Отто, а здесь, в городе, не выступали ли миннезингеры? — Миннезингеры поют в богатых замках. — Я имею в виду – просто музыканты. Жонглеры, мимы… — Да пели третьего дня на площади Медников. Много народу собрали, но и, правду сказать, пели неплохо. — А сколько, сколько их было?! – насторожился Иван. Браконьер ухмыльнулся: — Что, хочешь сходить, послушать? — Да не отказался бы. Ты сам-то их видел? — Нет. – Отто покачал головой. – Здесь, в таверне, рассказывали. А хочешь песен, так прогуляйся, тут недалеко. Только я с тобой не пойду, дела. |