Онлайн книга «Кольцо зла»
|
— Чего-то я не совсем понимаю, при чем к нашему делу Корявый и его перстенек? — Не знаю, как тебе и сказать… – Силыч вздохнул. – Все равно не поверишь. Я поначалу тоже не верил… пока сам не сходил. В общем, ежели в грозу подойти к старой башне, то… А, сам потом все увидишь! Чего зря болтать-то? Одно пока уразумей – без перстнька этого не будет и цацок или как их? — Артефактов. А откуда у Корявого перстень? Бабушкино наследство? Бандит с усмешкой посмотрел на Ивана: — Ты про экспедицию академика Герасимова слыхал? Раничев вздрогнул: — Слыхал… Он вроде как гробницу какую-то раскопал в Средней Азии, до войны еще. — Эх ты, темнота, – неожиданно засмеялся Силыч. – Какую-то гробницу… А мавзолей самого Тамерлана не хочешь?! — Да ну! — Вот тебе и ну! А в рабочих, тех, что с Герасимовым копали, у Корявого корешок был, Викентий… Он-то перстенек и замылил, прямо из гробницы. А потом как-то однажды в грозу… А, все равно не поверишь, пока сам не увидишь! В общем, без перстня мы с тобою никак не обойдемся. — Ну дела-а, – Раничев удивленно развел руками. – Выходит, этот перстень сам Тамерлан носил? — Викентий сказал – прямо на… Глава 17 Осень 1949 г. Угрюмов. Следователь Петрищев Они на меня кучей, у меня сердце разыгралось, я пошел их шшолкать…» …на безымянном пальце. Раничев усмехнулся – ну вот он, третий перстенек, нашелся! Теперь за малым дело – как бы его из милиции забрать. Значит, Корявому ограбление музея шьют? Так-так… Интересно, кто следователь? На следующий день, ближе к вечеру, Иван купил торт и отправился на опорный пункт, где как раз уже должны были собираться бригадмильцы. От лица горкома поблагодарив участкового Костикова за отличные показатели, Раничев широко улыбнулся и продолжил беседу уже за чаем. — Был вчера в вашем музее, – словно бы невзначай произнес он. – Ах, какие там экспозиции! И это несмотря на то, что его, говорят, недавно ограбили. — Да какое – недавно, – Костиков отмахнулся. – Летом еще. — И что, так до сих пор никого и не поймали? — Да так, – участковый пожал плечами и посоветовал, если есть охота, поговорить с ведущим «музейное» дело следователем. — Он на втором этаже сидит, где следственный отдел, одиннадцатый кабинет. Петрищев Андрей Кузьмич. — Петрищев?! – Иван чуть не подавился тортом. – Так я с ним знаком… Ладно, поговорю, спасибо… Петрищев! Умный, въедливый, жесткий… Раничев хорошо помнил, как этот следователь ухватился за него летом – пришлось завезти в лес и связать. Да-а… Вот так встреча будет. Будет, будет – и даже очень скоро. Но сначала нужно было закончить кое-какие дела. А дела эти внезапно осложнились – чего, признаться, никак не ожидал Иван. Возвратившись домой, он увидел заплаканную Надежду. — Что такое? – встревожился Раничев. – На тебе лица нет. — Генька… – женщина слабо вздохнула. – Десятый час уже, а его все нет. Я уж всю улицу обошла, все подворотни. — Так, может, заигрался? Пацаны – они ведь народ такой. — Нет, – Надя грустно покачала головой. – Генька в пять обещал быть, ну максимум – в шесть, сразу после сбора. Мы с ним в магазин должны были пойти, за биноклем. Я уже давно обещала… — Гм, – Раничев нахмурился и прошелся по кухне. – А что за сбор-то у них? День комсомола? — Да нет, шефский… С химзавода приходили, да не простые люди, начальство… |