Онлайн книга «Перстень Тамерлана»
|
Да, проверить не помешает. Своих бы позвать, да несподручно. Может, знак какой оставить? А почему б нет? Вряд ли гулямы читают по-русски, а Аксену не до этой чертовой липы будет. Станет он тут, на заднем дворе, расхаживать, как же! Иван ухмыльнулся, слез с дерева и, отломив ветку, быстро написал: «Я в банях. Иван». Подумав, тут же стер написанное, мало ли, вдруг кто и умеет по-русски, зачем по-глупому рисковать? Оглянувшись, в меру способностей изобразил на земле ручей, маленькие домики и голого человечка с веником. Вот так. Типа – детишки когда-то баловались, рисовали. Салим с Ефимом не дураки – разберутся. С удовлетворением полюбовавшись на дело своих рук, Раничев юркнул в кусты и, перебежав улицу, огородами направился к банькам. По пути чуть было не столкнулся с гулямами, со смехом волокущими целую связку коров и детей. Вовремя заметил, нырнул брюхом в крапиву – ух и жгучая, да нечего делать, затаился. Переждав, выскочил, бросился к ручью, заглянул в первую баню – трое ребятишек, совсем маленьких, полуголых, прикрываясь деревянными шайками, испуганно жались к каменке. Пересидят, интересно? Если еда есть – могут. Жалко, конечно, да только тащить их с собой – дело гиблое. Ну куда с ними? И с ранеными забот хватит. Так что, малыши, пересидите врагов – ваше счастье, нет… что ж, се ля ви, как говорят французы, – такова жизнь. Подмигнув детям, Раничев осторожно прикрыл за собой дверь. Следующая баня оказалось пустой, только какие-то жуки шустро ползали между гнилых досок, смешно шевеля усами. Осторожно подходя к очередной баньке – тут, у ручья, их было с полдесятка, – Иван заметил вдруг, как в лопухах прямо под его ногами что-то блеснуло. Наклонился: серебряная фибула – застежка для сарафана. Подняв глаза, осторожно осмотрел баню. Та была чуть попросторней других и, по-видимому, более новая. Дернулся в дверь – не тут то было! Банька оказалась запертой изнутри на засовец. Иван осторожно постучал: — Откройте, свои. Тишина. Даже мыши не пищали. Можно подумать, что внутри совсем никого нет. Но ведь кто-то же все-таки запер дверь? — Не хотите, как хотите, – пожал плечами Иван. – Однако враги и сюда доберутся. Он спрятался за угол, выглянул осторожненько. В баньке зашевелились, слышно было, как скрипнул засовец, дверь чуть приоткрылась. — А ну, подойди-ка поближе, мил человече. Посмотрю на тебя, – тихо попросили из-за двери. Усмехнувшись, Раничев подошел ближе, наклонившись, заглянул в дверь… И приземлился на заднее место, получив по башке поленом. Нет, сознания он не потерял, только перед глазами весело летали яркие зеленые искры. Иван хорошо разглядел выскочившего из баньки старика – это был угрюмовский епископ Феофан. Вот он, гад, где от ворогов прятался, это вместо того, чтоб воодушевлять защитников добрым словом. Мерзко засмеявшись, Феофан пнул его в бок и, по-козлиному вскидывая ноги, резво побежал прочь. — Куда ты, дурень? Там же гулямы! – крикнул ему вослед еле пришедший в себя Раничев, но епископ уже был далеко. — Ну и черт с тобой. – Держась за голову и пошатываясь, Иван поднялся на ноги. Вот гад, и угостил же поленом! Голова теперь гудит, ровно колокол. И поделом – осторожней надобно быть, мало ли кто там, в баньках, прячется. Вздохнув, Раничев пошел вдоль ручья, к пойме, там, шагах в полусотне, за густыми кустами орешника тоже виднелись бани. Не рискнув сунуться в раскинувшееся у самой поймы болотце, Иван обошел гиблое место орешником и, резко свернув, оказался как раз перед баньками. И услыхал голоса. Вернее, голос, громкий и словно бы уговаривающий кого-то. Раничев осторожно подобрался поближе. Мать честная! Аксен Собакин! Старый приятель, давненько не видались, то есть это он, Аксен, Ивана не видал, а вот Ивану как раз недавно довелось-таки лицезреть боярского сына. Во главе отряда гулямов! Так этот предатель оказался вовсе не глуп – быстро сообразил про подземный ход и про бани. А с чего б ему быть глупым? Ведь и там, на усадьбе его отца, боярина Колбяты, тоже имелся подземный ход, и вход в него тоже располагался в колодце! Раничев увидел, как Аксен припал щекой к самой двери: |