Онлайн книга «Крестоносец»
|
С чего б это он интересуется? Просто так? — Да нет, не сплю, — так же тихо, шепотом, ответствовал Михаил. — Думаю. — Не стращали еще Сытенем, палачом? — Да нет, пока обошлось как-то… — И-и-и, мил человек! Ты так не думай, что обошлось. И вообще немцам не верь — обманут! Вижу, парень ты неплохой… тсс… Не говори громко… Спят все? — Да, похоже, что так. — Тогда послушай… Отсюдова просто так не выбраться. Ратников ухмыльнулся: — Да я уж заметил! — Одначе с воли могут помочь… если есть кому. Надо только весточку передать… а уж дальше… — Неужто, помогут? — А то! Мнози тут вот, поначалу так, как ты… А потом оп — и нет их. На свободе гуляют! Кто надо кому надо подарок заслал, серебришка сунул, малую толику иль великую — уж и не знаю. — А что? — заинтересованно зашептал Михаил. — Так можно? Весточку отсюда послать? — Конечно, можно, — задребезжал тихим смехом старик. — Только вестимо — не всем. Ежели есть кому — говори, я завтра-послезавтрия — выйду. Кому надо — дали дружки. Так передать, весть-то? Есть у тебя во Пскове кто-нить? — Во Пскове нет, — тихо, якобы раздумывая, протянул Ратников. — Есть в Изборске. — Изборск не так и далече. Хорошему человеку — чего ж не помочь? Ладно, так и быть, говори — где твоих отыскать в Изборске? — Да на реке… Там рядом с пристанью, корчма… знаешь? — Сыщу. — Свиток с собой возьми, ну, грамотцу, письмо… любой. Только печать чтоб была — зеленая. По свитку этому, по печати, тебя и узнают, подойдут… — Ишь, как чудно, — старик усмехнулся. — Чудно, зато — надежно, — на этот раз Ратников не стал придумывать никаких паролей. — Подойдут, спросят про меня, как мол там, Мисаиле, чего сам не пришел? Вот тут им все и обскажешь. Да не за просто так, человече! — На то и надеюсь, на то и надеюсь, — тихонько захихикал Дромило. А уже под утро Мишу разбудил Бреслав, поляк. Загундосил гулким шепотом: — Ты этому старику, Дромиле, не верь! А дальше сказал, что и сам вскоре выходит… и может помочь, сказать, кому надобно, о бедственном положении Мисаила, ну, и все такое прочее — о чем говорил и Дромила. Едва сдерживая смех, Ратников и ему рассказал про Изборск, про корчму, про свиток, откровенно намекая, что в Изборске у него хороших знакомых много и все — люди чрезвычайно влиятельные, не какие-нибудь шпыни. Больше заснуть не удалось, но почти до полудня, если судить по блеклым солнечным лучикам, иногда все же попадавшими в оконце, никаких изменений в Мишиной судьбе не происходило, ежели не считать, что из камеры увели троих — в том числе и Бреслава с Дромилой. Ну, флаг им в руки… Михаил с усмешкой покачал головой. За ним пришли немного погодя, чуть ближе к вечеру. По пути освободив от цепей, привели к брату Дитмару, усадили за стол, накормили… — Ну? — капитульер потер руки. — Прогуляемся до пристани, друг мой? Сегодня как раз тот вторник, который нужен. Сам монах в длинной сутане шествовал рядом, чуть ли не под руку, за ними и чуть впереди, пряча под плащами мечи, тащились стражники-кнехты. Двое впереди, двое сзади. Брат Дитмар — пятый. Монаха можно не брать в расчет, он человек хилый… Улицы Пскова были полны народу — купцы, мелкие торговцы, приказчики — вот плотники потащили куда-то увесистую балку… Поднырнув под нее, Ратников на какое-то время остался один, без наблюдения… и терпеливо дождался стражи и брата Дитмара. |