Онлайн книга «Шпион Темучина»
|
— Есть. — Отлично. К нему и идите. Вражин мы, я полагаю, задержим. Что стоите? Пошли! Остальные, слушай мою команду! – Баурджин пристально оглядел оставшихся – полтора десятка дебелых, в летах, женщин. – Кто из вас самая бойкая? — Вот она, Харимча! – Женщины хором показали на высоченную одноглазую бабищу, сухую и страшную, словно смерть. — Так, всем вооружиться. А ты, Харимча, задержись для получения боевой задачи. Проводив взглядом убегающих к гэрам женщин, нойон посмотрел на одноглазую: — Видишь во-он тот лесок, Харимча? — Вижу, не слепая. — Засядете там, в кусточках, затаитесь, чтоб ни одна веточка не хрустнула, ни одна птица не взлетела. Приготовите стрелы заранее, но помните – стрелять только по моему знаку, вот как крикнул – хур-р-ра! Слышишь хорошо? — Да уж, не глухая. — Тогда действуй, и да поможет вам Христородица и великий Тэнгри! Харимча, ухмыльнувшись, побежала к гэру, на ходу поправляя задравшийся подол дэли. — Ну а нам – туда, – Баурджин кивнул на поросшую лесом площадку у самой дороги. – Будем, так сказать, держать передовой рубеж обороны. Гамильдэ, если что со мной случится, не забудь, как вражины станут теснить, крикнуть – хур-ра! Посмотрим, чего стоят бабоньки… В это время организованные одноглазой Харимчой бабоньки относительно стройной толпою шли к лесу. Позади них, с двумя луками за плечами, бойко вышагивала новоявленная мать-командирша и что-то ритмично выкрикивала… Баурджину даже послышалось, что – «левой, левой, ать-два!» Нойон улыбнулся: — Хорошо идет тетка! Набросав валежника, мужчины перекрыли дорогу. Гамильдэ-Ичен, Цэцэг с Цэрэном – похожие, как близнецы-братья, Сухэ… Н-да-а, не густо. Вот если бы пулемет! А лучше – два. Один – здесь, другой в том лесочке, где женщины с одноглазою командиршей. Ладно, мечтать потом будем… — Вот они, – натягивая тетиву, сквозь зубы произнес Гамильдэ-Ичен. – Едут! — Вижу, – прошептал нойон и, предупредив, чтоб без команды не стреляли, натянул лук… Показавшиеся из-за перевала всадники ехали нагло, ничуть не скрываясь. Да, где-то около двух десятков. Но все – в кожаных латах, в кольчугах, при шлемах и круглых щитах. Над головами всадников угрожающе покачивались тяжелые наконечники копий, сытые кони мяли копытами траву. Да-а, этих… (так и хотелось сказать – «закованных в сталь псов-рыцарей») вряд ли можно будет сдерживать долго. Однако деваться некуда, глаза боятся – руки делают. Не так страшен черт, как его малюют… — Приготовились! Баурджин наладил стрелу, выбрав целью надменного воина в сверкающем доспехе из железных пластин. Такие же пластины прикрывали и круп коня. Над блестящим в солнечных лучах шлемом развевались черные перья ворона. Какое на редкость неприятное лицо… И ухмылка… В глаз его, в глаз! Бей ворона в глаз! Нойон потянул тетиву… И вдруг услышал крик. Кричала выскочившая из укрытия Боргэ… Куда ж ты, девочка? Стой! А за ней уже бежали все! Баурджин выругался – дисциплинка, мать вашу! — Не стреляйте, не стреляйте! – подбежав к засаде, закричала Боргэ. – Это свои, наши! Наши мужчины вернулись! Слава Христородице! Дедушка, дедушка! – распахнув объятия девчонка бросилась к надменному всаднику. Тот склонился и, легко подхватив внучку, усадил ее перед собой на коня. — Так вот он, пресловутый Чэрэн Синие Усы, – шепотом протянул Баурджин. |