Книга Месяц Седых трав, страница 114 – Андрей Посняков

— Клянусь Христородицей, мы не замышляем никакого зла против вас или вашего хана, – юноша широко улыбнулся, – мы просто-напросто хотим навестить нашего друга.

— Слышал, – ухмыльнулся десятник, глядя, как нукеры сноровисто связывают ремнями руки путников. – Боорчу – славный князь! Веселый.

— Вот и я говорю! – оживился Баурджин. – Что ж нам теперь делать?

— Ждать, – последовал краткий ответ. – Если все так, как вы говорите, Боорчу пошлет за вами слуг, если же нет… – Десятник отошел и принялся с деланным безразличием прохаживаться поодаль.

— Я могу сбить этого с ног, – показывая глазами на ближайшего нукера, негромко сказала Джэгэль-Эхэ. – А ты в это время нападешь на десятника. Там, за юртой, лошади – пусть попробуют нас догнать.

— Нет, Джэгэль, – молодой человек качнул головой, – мы не для того сюда добирались, чтобы бежать при первой опасности. Не забывай, у нас другая задача!

— Как же мы ее выполним, если нам вот-вот переломают хребты?

— С чего ты взяла, что переломают? Вот когда начнут ломать, тогда и будем действовать.

— Не было бы поздно… Ты действительно знаешь этого Боорчу?

— Да знаю…

Несмотря на внешнюю невозмутимость, Баурджин сейчас лихорадочно соображал – что делать? Опасность подвергнуться мучительной казни была вполне реальной, ведь на самом-то деле никакие отношения не связывали Боорчу – судя по всему, немаленького монгольского вельможу – и простого найманского паренька, десятника всего-навсего. Ну, пили один раз, было… Так мало ли кто с кем пил? Ладно… Наверняка Боорчу сейчас пришлет за ними людей, даже так, из чистого любопытства. А вот когда они, эти люди, станут конвоировать пленников к своему хозяину, вот тогда поглядим… Да, надо, чтоб развязали руки… Вот они и развяжут, главное, понаглее наехать на уши – это ж все таки не профессионалы-смершевцы, просто-напросто слуги.

— Кажется, кто-то к нам скачет, – повернув голову, заметила Джэгэль-Эхэ.

Баурджин резко обернулся и увидел несущийся по берегу реки отряд – человек десять всадников в кожаных латах. Впереди, на белом коне, скакал разодетый в пух и прах вельможа. Неужели сам Боорчу?

Юноша присмотрелся. Ну, да – знакомое приятное лицо, щегольская бородка – Боорчу и есть! Вот это номер – сам пожаловал… Однако что же делать-то? Ладно, как говаривал Наполеон Бонапарт, сначала ввяжемся в драку, а там посмотрим. Или это вовсе не Наполеон говорил?

— Где тут мои гости? – осадив на всем скаку коня, громко закричал Боорчу.

— Вот они, почтеннейший Боорчу-гуай, – десятник молодецки выпятил грудь, – парень и девушка. Говорят – старые твои друзья.

— Девушку вижу в первый раз, – холодно заметил вельможа. – Впрочем, она ничего, красивенькая. Что же касается молодого человека – то я и его вовсе не знаю!

— Ах, вот оно что…

— Эй, эй! – Баурджин затряс связанными руками. – Как это не помнишь, ты чего, совсем спятил?

— Что-о?! – обернулся Боорчу с недоумением и угрозой. Похоже, в таком тоне здесь с ним мало кто разговаривал, ну, разве что сам Темучин. – Это кому ты говоришь столь дерзкие слова, незнакомец?

— Тебе, кому же еще-то? А мы-то к тебе так рвались, думали, посидим, выпьем… Дээли вон, красивые надели, хотели тебе приятное сделать.

— Дээли и правда красивые, но вы-то кто?

— Найманское кочевье помнишь? Ну или кераитское? Мы там с тобой еще песни пели, после арьки…