Книга Орда (Тетралогия), страница 593 – Андрей Посняков

— Доложишь по пути, Жэнь! Что ты так смотришь на арбалет?

— А можно взглянуть на него поближе, господин?

— Э, нет! Ещё поранишься. Впрочем, смотри из моих рук.

Ещё больше вылупив глаза, парень внимательно осмотрел оружие.

— Ну? — Баурджин нетерпеливо покусал губу. — Что-нибудь высмотрел?

— Интересная какая штука. И стрела тоже очень интересная. Такие стрелы только к подобному самострелу и подходят. Вот, в нашей деревне похожий случай был, нет, не с арбалетом, с плугом...

— Идём, идём, Жэнь, — князь набросил на плечи синий дорожный плащ. — По дороге расскажешь.

Намётом выехав из ворот дворца, небольшой отряд всадников сразу повернул к реке.

Убитый был молод и тощ. Спутанные, мокрые от воды волосы, бледная кожа. Со спины, как раз меж лопатками, аккуратно срезай кусок.

— А они не торопились, — негромко заметил нойон. — Ишь, какой квадратик вырезали. В прошлый раз было так же?

— В точности так, господин.

— И что скажете?

— Можно предположить, что меж лопатками у обоих был выколот какой-то рисунок или иероглиф — до таких вещей есть охотники-коллекционеры.

Баурджин задумчиво кивнул, не сводя глаз с трупа:

— Очень может быть, Инь. Есть у нас мастера-каллиграфы?

— Думаю, есть, — следователь почесал бородку. — Их всех должен знать некий господин Та Линь, владелец лавки писчих принадлежностей и бумаги. Очень увлекающийся человек! Я пошлю Жэня?

— Да, пусть пока просто поговорит с этим Та Линём и составит список коллекционеров. Дальше решим.

Отправив Жэня, князь вскочил на коня и, махнув рукой воинам, поскакал во дворец — на сегодня было намечено ещё немало важных дел.

Иероглифы, — на скаку рассуждал Баурджин, — да, можно предположить, что несчастные парни пострадали из-за своей любви к нательным росписям. Чёрт! Надо было сказать Иню, чтоб выяснил, было ли у убитых что-нибудь общее? Впрочем, Инь опытный следователь, выяснит всё и так, уж как-нибудь обойдётся и без ценных указаний начальства. Иероглифы... Сколь почтенно и изысканно великое искусство каллиграфии — и надо же, его так вот опошлить, поместить в коллекцию рисунки на человеческой коже! Прямо фашизм какой-то!

Да не просто поместить, а специально для этого пойти на убийство! Та Линь, Та Линь... Да, у него лавка, где можно иногда встретить неплохую каллиграфию и рисунки. Кажется, Турчинай как-то упоминала его. Да ведь он вхож в её круг! Забавный такой толстяк в алом халате. Кстати, похоже, этот Та Линь знал о том, кто скрывается под именем «Свежий ветер». Знал? Если знал, то...

Князь поднял коня на дыбы.

— Ты... и ты! — Баурджин ткнул пальцем в грудь подскочившим воинам. — Знаете, где писчебумажная лавка Та Линя?

— Да, господин наместник!

Наместник, ха-ха... пока ещё наместник.

— Догоните судебного секретаря Жэня! Ну, того смешного парня, что ездил сегодня со мной. Пусть не заходит ни в какую лавку, а срочно — срочно! — мчится ко мне.

Кивнув, воины взяли коней в рысь. Баурджин посмотрел им вслед и задумчиво повернул к дворцу.

Каллиграфы... «Свежий ветер»...

— Фань! — едва войдя, нойон бросил на пол плащ. — Ты, кажется, отдал свои иероглифы в лавку Та Линя? Ну, после выставки.

— Да, господин, отдал. Не ради денег, — юноша вдруг смутился. — А просто... Просто мне захотелось, чтоб их увидели простые люди... или кто-нибудь приобрёл для своей коллекции.