Онлайн книга «Орда (Тетралогия)»
|
— Ну, хватит тут любезности расточать, — Баурджин скривил губы. — Докладывай, наконец. — Так я ведь за тем и пришёл, господин наместник! Ой... — наклонившись за упавшей чернильницей, Жэнь Сужень поднял её и поставил обратно, да так неудачно, что обрызгал остатками туши все лежащие на столе бумаги, а заодно и самого князя. Причём ничего и не заметил, продолжал как ни в чём не бывало: — Мне ведь в нашей деревне никто и не верит, что я служу в такой вот важной и ответственной должности и даже — вот повезло! — докладываю такому высокому начальству... Вам, господин наместник! — Не-не-не-не-не! — Баурджин опасливо замахал руками. — Не надо, не кланяйся, а то ещё что-нибудь собьёшь. И вообще отойди от стола — там чернильница, перья — много опасных вещей. Отойди, говорю, на два шага... О, боже!!! Князь схватился за голову, увидев, как поспешно отскочивший назад докладчик тут же запутался в портьере, словно попавшая в паутину муха. — Стой, стой! Не вертись! Да где там! Отчаянно пытаясь выбраться, Жэнь Сужень намотал на себя плотную ткань коконом, сорвал её с карниза и этакой мумией грохнулся на пол. Оба — и князь, и непосредственный начальник незадачливого младшего секретаря — бросились на выручку. С трудом и ругательствами помощник следователя был наконец освобождён от тенёт. — Ох, — отдышавшись, Жэнь покачал круглой головой. — Осмелюсь сказать, хорошие у вас занавески, господин наместник, крепкие! Будь у нас в деревне такие занавески, мы бы... — О, Христородица! — Баурджин со стоном схватился за голову. — Инь, этот парень умеет докладывать по существу? — Боюсь, что его пока этому не научили. — Так вот я и учусь! — радостно кивнул младший секретарь. — Сам учусь, и вот, как говорят в нашей деревне... — Хватит! — рассвирепел князь. — Начни-ка с твоего визита в архив. Как там всё было? Жэнь Сужень похлопал ресницами: — Так я как раз об этом и говорю, господин наместник. Явившись в архив с утра... Когда это было-то? А — третьего дня. Ну да, третьего дня, мне как раз один знакомый торговец навозом передал письмо из нашей деревни, так у меня дружок есть, зовут его Чан, так этот Чан ну до чего смешной парень... — Короче! Значит, ты третьего дня с утра явился в архив. И что там увидел? — А ничего я там не увидел, осмелюсь доложить! — докладчик растянул губы в щербатой улыбке. — Закрыт архив-то оказался! Пришлось в одну корчму зайти, посидеть, не тащиться же обратно через весь город, живу-то я не близко, у некой тётушки Ся, зеленщицы, она тоже родом из нашей деревни, и печёт такие пироги, что... — Дальше! — Ну вот. А в этой корчме как раз пиво было, имбирное. А у меня как раз завалялась пара цяней, я то хотел купить на базаре кружку, хорошую такую кружку, деревянную не глиняную, глиняную-то я разбил, а это была не моя кружка, а тётушки Ся, вот я и подумал, что хорошо бы её ей откупить кружку-то взамен разбитой. Ведь верно? — Верно, верно, — Баурджин кивнул следователю на диван — садись, мол — а сам уже больше не злился — до чего занятным экземпляром оказался этот Жэнь Сужэнь, чем-то напомнивший князю гашековского Швейка. — И хорошее пиво варят в той корчме? — Да как вам и сказать, господин наместник, — развёл руками Жэнь. — Не так-то уж оно там и вкусно — слишком уж много имбиря кладут, перебарщивают. Ну я на два цяня пару кружечек выпил — чего ещё делать-то? А уж потом отправился обратно в архив. Пришёл — дверь открыта! Думаю, наверное, так уже кто-то есть! |