Книга Орда (Тетралогия), страница 489 – Андрей Посняков

— Деньги? — обернувшись, с улыбкой переспросила хозяйка. — О, нет, просто мы как-то по случаю приобрели умелого раба-садовника. Как вам мои розы?

— О, великолепно!

Баурджин похвалил сад со всей искренностью — тут действительно было, чем восхищаться. Кусты, искусно подстриженные в виде геометрических фигур и животных, великолепные бутоны — да-да, некоторые из кустарников цвели, даже зимой! — и пьяняще-приторный аромат.

— Вот эти — мои любимые, — Турчинай с улыбкой показала на цветущий куст. — Я всегда поливаю их сама. А вот, видите, картина, сейчас разверну... Старинная. Недавно приобрела её в лавке господина Та Линя.

В саду было жарко, даже, пожалуй, слишком, и князь чувствовал, как стекают по лбу липкие капли пота. Хозяйка великолепного сада, кажется, тоже вспотела, улыбнулась:

— Вам жарко, мой господин?

— Зовите меня Бао. Бао Чжи, — негромко промолвил в ответ Баурджин. — Признаюсь — здесь довольно тепло.

— Мне тоже жарко, — молодая вдова опустила ресницы долу. — Я поливаю мои розы в специальном платье, специально для этого сада. Хотите на него взглянуть господин... Бао?

— Пожалуй, что да.

— Тогда подождите немного, присядьте вой хоть на эту скамью, хорошо?

Какое-то томительное волнение охватило вдруг князя, и сердце забилось так сильно, словно вот-вот сейчас должно было произойти что-то такое, чего Баурджин уже давно подсознательно ждал.

— Ну, вот оно, моё платье...

Голос вдовы послышался сзади, как видно, она вошла через другую дверь. Князь обернулся — боже! На Турчинай не было совсем никакой одежды, если не считать узенького пояска из алого, вышитого золотистыми иероглифами шёлка да серебряной лейки.

— О!

— Поможете мне?

Женщина подошла вплотную, пленительно белотелая, с маленькой изящной грудью и тонкой талией, ещё больше подчёркивающей пленительною полноту бёдер.

— Вы — очень красивый мужчина, — присев рядом, с жаром прошептала она на ухо Баурджину.

И вот уже уста их слились в долгом сладостном поцелуе, а рядом, за цветущим кустом, якобы случайно оказалось мягкое ложе...

О, сколь искусной оказалась хозяйка сада в любви! Искусной и ненасытной, время летело так быстро, а ласки были такими изумительно нежными, что князь потерял счёт времени. Всё происходившее — цветущие розы, сладковато-пьянящий запах, пленительные изгибы аристократически-белокожего женского тела — казались нойону каким-то волшебным сном.

— О, мой князь, — со стоном шептала женщина, — О, мой мужчина...

Оба отдались вдруг нахлынувшей страсти с такой неизбывной силой, словно ждали этого уже очень давно, и вот, наконец, улучили момент, со всем пылом отдаваясь друг другу.

Когда они пришли в себя, за окнами сверкали жёлтыми звёздами сумерки. Откуда-то снизу, из залы, доносились громкие голоса и смех — это веселились гости.

— Они на тебя не обидятся? — погладив вдову по спине, тихо спросил нойон.

Женщина расхохоталась:

— Думаю, нет. Тем более, мы уже к ним очень скоро вернёмся... А потом... Потом вновь поднимемся сюда, ведь здесь так чудесно, не так ли, мой дорогой господин Бао?

— Да, здесь чудесно, — с улыбкой согласился наместник. — Столь чудесно, наверное, бывает в Раю, да и то, думаю, не всегда. Как жаль, что я раньше не знал о том, что здесь, в городе, существует столь прекрасный оазис! Оазис цветов и любви.