Книга Орда (Тетралогия), страница 335 – Андрей Посняков

— То-то я и смотрю — у кабатчиков всегда одна выгода.

— И вот эта выгода, господин Цзяо, мне лично ничуть не нужна... ну разве что самая малость — на одежду да тушь...

— Тушь? На что тебе тушь, Бао?

— Как? — Баурджин похлопал глазами. — Вы разве не знаете, что я иногда рисую иероглифы. Говорят, неплохо выходит.

— А, так ты стал каллиграфом, Бао?! Ну-ну... — Чиновник хохотнул, колыхнувшись всем своим объёмистым телом. — Ежели дела так и дальше пойдут, не удивлюсь, если однажды ты попросишь меня разрешить сдать экзамен на шэньши... Кстати! — Цзяо Ли радостно хлопнул в ладоши. — Неплохая идея! Мне нужны верные люди, Бао.

— О, господин! — Баурджин тут же упал — нет, рухнул — на колени и, подползя к креслу, облобызал руку чиновника. — Знает, я для вас готов сделать всё. Всё, что прикажете!

— Встань, Бао, — милостиво произнёс шэньши. — Я знаю, ты преданный человек. И — насчёт харчевни... Говоришь, стоит её открыть?

— Конечно, стоит, господин Цзяо! Верное дело.

— И почти весь доход...

— Поступит в ваше... в распоряжение городской казны, я хотел сказать.

Цзяо Ли почесал толстую шею и притворно вздохнул:

— Чего только не сделаешь ради преданного человека! Завтра же скажу Ляну приготовить необходимые бумаги... Постой! — Чиновник вдруг что-то сообразил. — Так это что же, прежде чем открыть харчевню, сначала надо её купить или построить? Это стоит немаленьких денег, Бао, немаленьких.

— А зачем покупать, господин? — ухмыльнулся князь. — Что, если присмотреть какое-нибудь подходящее здание из числа принадлежащих городу? Может быть, и найдётся что-нибудь?

— Посмотреть, говоришь? — Шэньши задумался. — Сейчас кликну Ляна.

Он живо позвонил в колокольчик, и на зов со всей прытью тут же явился давешний толстощёкий молодец — секретарь Лян.

— Звали, господин? — Лян преданнейше пожирал глазами начальство.

А дальше всё пошло как по писаному! Городское имущество? Имеется несколько строений. В основном — частные дома из выморочных, но есть и несколько построек, так сказать, иного типа, бывшая баня в районе Синего дракона, например...

— Бывшая баня? — переспросил Баурджин. — Неплохо бы на неё взглянуть.

— Когда угодно господину? — уловив прихоть начальства, изогнулся в поклоне Лян.

Князь вежливо улыбнулся:

— Да хоть сейчас.

Сказав, что будет дожидаться «любезнейшего господина Бао» в приёмной, секретарь поклонился и вышел, на прощанье подарив начальству льстиво-подобострастный взгляд. Баурджин тоже принялся прощаться, не скрывая своей радости от так удачно сложившегося дела.

— Да, господин Цзяо, — уже уходя, вдруг вспомнил князь. — Хочу поблагодарить вас за присланных мне слуг. Такие умницы!

— Умницы? — недоумённо переспросил шэньши. — А я никаких слуг тебе не присылал.

Но порой со мной бывает чудо:

Забываю, кто я и откуда...

Шао Сюнь-мэй.

За кого ты меня принимаешь?

Какую вывеску придумали, так харчевню и назвали — «Бронзовая улитка», простенько и со вкусом, и второго такого названия во всей Восточной столице нет. Просто-напросто некий Ба Инь, скульптор, как-то подарил поэту Юань Чэ своё новое творение — бронзовую улитку размерами два на три локтя. Улитка сия пылилась в доме поэта примерно с год, до тех пор пока служитель муз не решил передарить её Баурджину. Ничего не скажешь, вовремя попалась на глаза затянутая паутиной скульптура, как раз тогда, когда «господин Бао Чжи» заявил о намерении открыть харчевню. Конечно, в обычном хозяйстве тяжеленная бронзовая улитка — вещь малопригодная, ну разве что в качестве гнёта для засолки огурцов или капусты, а вот как вывеска — вполне себя оправдала. Оригинальная, можно сказать, вещь! Всем нравилась, кроме Чена, в обязанности которого входило каждое утро чистить улитку до блеска, ну да разве будет доволен дополнительными обязанностями этот бездельник?