Онлайн книга «Государево дело»
|
Правда, Бутурлин быстро оборвал сии поползновения, предложив выпить за герцога, а потом – и за славного короля Фредерика! Против датчан и их короля курляндцы ничего не имели, особенно, после того случая, когда в ответ за случайно разгромленный в порту Копенгагена курляндский корабль король Фредерик дал герцогу привилегии на торговлю солью в Дании и в зависимой от нее Норвегии. Фактории в Африке Курляндия основала лет семь назад, выкупив у местного вождя целый остров на реке Гамбия. Теперь там была и церковь, и жилые дома, и казармы, торговые склады и даже тюрьма! — Двести солдат нынче! – хвастался Иоганн. – Купцов три десятка! И это еще не считая приказчиков. Да, далековато отсюда. Но, может, и здесь закрепимся – что мы, хуже других? — Вот и мы не хуже, – поставив кружку, Никита Петрович усмехнулся и, наконец, спросил про пропавших парней. Слава Богу, курляндцы, хоть и захмелели, однако же, могли еще болееменее здраво рассуждать… — А вы ведь говорите совсем как мы, господин капитан! – даже заметил Людвиг. – Вы никогда не жили в Курляндии или в Риге? — Както бывал в Ливонии по делам, – уклончиво ответил Бутурлин. – Однако про наших парнейто что скажете? — Да, видели мы вашего юнгу. И с ним – толстячка. Вместе петушиные бои смотрели. — А до того покупали всякую мелочь, – вставив свое слово, Людвиг еще больше ссутулился. Правда, тут же выпрямился и хитро сверкнул глазами: — А смотритека, что нам дали на сдачу! На ладони его блеснула маленькая медная монетка с изображением всадника с копьем… Копейка! Такие были напечатаны по царскому приказу, и их так же велено было принимать наравне с такими же копейками, только серебряными. Конечно, не принимали… и народ потихоньку бурчал… — Московитская деньга! Копейка! Интересно, откуда она здесь, в Африке? Тем более – медная… Значит – не так и давно… Очевидно, попала с кемто из прусских купцов. Или с теми же курляндцами… — Я такой красивый гребень из слоновой кости купил! Сестренке… – похвастался Людвиг. – И вот, на сдачу… — А у кого купилто? — Старик какойто продавал. Черный. В длинной зеленой рубахе… Кстати, к нему и негры в леопардовых шкурах подходили. А потом с вашими языками зацепились. Ну, с юнгой. — Это у петушиных боев уже было! — Как это – зацепились? – изумился Ланц. – Эти негры что, знают датский? — Скорей, немецкий. Он тут, говорят, в ходу. — Так! – Никита Петрович поднял вверх большой палец. – Вот они стояли с теми, в леопардовых шкурах… А потом куда делись? — А потом мы их и не видели, – покачал головой Иоганн. – Ни негров этих, ни ваших. — А как, как они говорили? Бутурлин все же пытался хоть чтото уточнить, вызнать, понимая, что пропавших придется искать, отправиться на выручку. Никак нельзя было их бросить! Вопервых, потому что он, Никита Петрович, всетаки дворянин, а, значит, человек чести! Вовторых, он же был капитан, а пропали его матросы, за которых он, именно он! – в ответе. Пропади – надобно было искать, а найдутся ли, нет ли – это уже другое дело. Важно, чтобы все знали – капитан «Глюкштадта» не бросает своих людей на произвол судьбы! Тем более, что Никита Петрович Бутурлин главноето свое дело в Африке считай, что выполнил – шведский Золотой берег стал – или становился – датским! Все по государеву слову – шиш этим шведам с маслом, а не золото и слоновая кость! |