Книга Курс на СССР: На первую полосу!, страница 101 – Андрей Посняков, Тим Волков

«Здравствуйте! Пишет вам учительница из деревни Подгорное. После ваших статей наш кружок радиоэлектроники собрал макет „умного“ термоса, который поддерживает температуру чая…»

Термос? Серьезно? Я улыбнулся, но тут же поймал себя на том, что мои собственные статьи, написанные в жанре легкой фантастики, кто-то воспринимает как руководство к действию. Эти люди не ждали указующего перста сверху. Они брали и делали, вдохновленные идеей.

Третье письмо было из Куйбышева от инженера-строителя:

«…В связи с обсуждаемыми в вашей газете возможностями кооперативов, просим разъяснить: можем ли мы, группа инженеров, организовать частное проектное бюро для разработки типовых проектов гаражей и садовых домиков? Куда обращаться? Нужны ли разрешения от парткома по месту основной работы?»

А вот это уже было интересно. Письмо было пропитано не праздным любопытством, а деловой хваткой. Люди уже не просто размышляли о переменах, они прощупывали почву, искали лазейки в системе. Мой НЭПовский манифест, осторожный и завуалированный, они читали как прямое руководство.

Следующая пачка писем оказалась совсем иной. Конверт за конвертом, все с одинаковыми вопросами, отражающими разную бытовую конкретику.

«Уважаемая редакция! После вашей статьи о кооперативах мы с женой задумались…»

«…группа инженеров хочет организовать вычислительный центр…»

«…можно ли легально сдавать внаем свой личный автомобиль?..»

Я откинулся на спинку стула. Вопросов все больше. Нужна инструкция. Закон. Руководство, как поступать в том или ином случае, содержащее четкие и понятные формулировки, соответствующие закону, чтобы открываемый бизнес не загнулся на второй же день и люди, желающие дать стране качественный товар, не разочаровались, погрязнув в бюрократических ловушках. Одной журналистской статьи будет мало. Требуется официальный комментарий. Голос сверху. Авторитетный.

Мысль оформилась мгновенно. Серебренников.

Тот самый человек из обкома, который когда-то похвалил мои «прогрессивные взгляды». Чиновник, курирующий идеологию. Для него подобный разъяснительный материал — возможность застолбить за собой образ партийного реформатора, идущего в ногу со временем. Нужно лишь преподнести это ему как его собственную инициативу.

Я взял блокнот и быстро набросал план:

«В редакцию поступают многочисленные обращения трудящихся, заинтересованных в развитии кооперативного движения и индивидуальной трудовой деятельности… В связи с отсутствием чётких разъяснений на местах… просим дать комментарий о перспективах… и разъяснить порядок действий…»

Вопросы к нему лежали на поверхности. Конечно же рассказать людям, какие первые шаги нужно сделать? Сохраняются ли за ними социальные гарантии? Как избежать нарушений законодательства?

К тому же под предлогом получения этих комментариев можно переговорить с Серебренников и по поводу кое-чего другого. Например, Чернобыльской АЭС…

Только бы он был у себя и принял.

— Людмила Ивановна, — крикнул я. — Николай Семенович пришел?

— Пришел, — раздалось через стенку.

Отлично!

Я подошёл к телефону-вертушке, снял трубку и набрал номер главного редактора.

— Николай Семенович, у меня созрела идея для одного стратегического материала. Потребует согласования на самом высоком уровне. Можно к вам?