Онлайн книга «Кондотьер»
|
— У нас, ежели что, и зрительная труба найдется! – показав зажатую в широкой ладони подзорную трубку, похвастал бородач. – Уж не переживайте, разглядим все. Торговцы и молодые приказчики толпились на вершине холма у старого дуба-патриарха с могучим узловатым стволом и раскидистой кроною. Подобные деревья и сами литовцы почитали с древних времен, и этому дубу тоже оказали почтение – украсили разноцветными ленточками, и, конечно же, чтя языческие традиции, взбираться на дерево не собирались. Да и без того и тракт, и корчма виднелись внизу как на ладони. — Карета! Карета! – вытянув шею, вдруг радостно заорал мальчишка. – Ой, прям из золота! Клянусь святой Анной! Прямо блестит вся, ага. — Это король, король! – заволновались и остальные. – А вон и стяги! И свита. — Эти, вон, в черных латах – рейтары. — А те, с синими перьями, рыцари. — А плащи-то, плащи какие богатые! Разноцветные – красные, желтые, синие… Это надо было постараться – так вот выкрасить ткань! Не простое дела, я вам скажу, не простое. — Да что они, сами, что ль, красили? — Я и не говорю, что сами. Говорю, что… — Смотрите, господа! Король! Вон-вон – в зеленом плаще. Из кареты выходит. — Корона! Корона – золотом горит! — Да не корона это. Просто шитая шапка. — А я говорю – корона! — Да нет. Похоже, что – рыцарский шлем. — Что же, его величество, по-вашему, в шлеме в карете ездит? — Шапка это, – опустив зрительную трубу, веско вымолвил бородач – по всему, он тут и был за старшего. – Золотом да самоцветами украшена. И павлиньими перьями. — Неужто павлиньими? – ахнул Акинфий. – Не поверю глазам своим. Быть такого не может! — Вот же Фома Неверующий! – хмыкнув, купец протянул подзорную трубу. – На вот, взгляни сам. Приложив окуляр к левому глазу, наемник закусил губу: король Речи Посполитой, Ливонии и Риги Магнус Датский шел себе спокойненько к корчме в сопровождении толпы придворных. Знакомая рыжеватая бородка, спокойное лицо, самоуверенная походка… Не шатался, и под руки его не вели. Так что же, выходит, он, Вальтер – промахнулся. Мог? Вполне. Все ж для прицельной стрельбы далековато. Стрела просто-напросто пролетела мимо, и король пошатнулся вовсе не от попадания, не от раны, а, видимо, поскользнулся на бревне болотной гати, такое ведь бывает, и часто. Поскользнулся, замедлил шаг – и стрела пролетела мимо. Что ж… Как там говорят у русских? И на старуху бывает проруха. Если убийца и расстроился, то не очень, так, самую малость. Досадно стало – не более. Не сделал дело сразу – так тоже случается. Значит, надо все тщательно продумать и повторить попытку снова. И тут многое зависело от того, заметили ли придворные саму попытку покушения. Арбалетная стрела – болт – короткая и быстрая штука, в глаза не бросается. Если б из лука стрелял, тогда, несомненно, да – заметили бы, а здесь… И все же рисковать больше не стоит. Не нужно повторять то, что уже было – засаду, стрельбу… даже заменив арбалет на мушкет. Надо устроить что-то другое. Что? А посмотреть! Увидеть, что там, впереди, на тракте. И нечего тут стоять, глаза пялить… — Ах, господа, счастье-то какое! Внукам своим будущим расскажу… Не прошло и получаса, как Вальтер уже скакал по тракту в сторону Плескау-Пскова, обгоняя по пути купцов и мелкие пешие отряды русского войска. Дорога шла берегом широкого озера, время от времени пересекая протоки и небольшие речушки, частью – бродом, но иногда – по мостикам. |