Онлайн книга «Кондотьер»
|
Большевики?! Магнус вздрогнул, подумав сперва, что это слово ему послышалось. Однако кроме слов… И лодка выглядела не такой уж древней, и нож – явно серийного фабричного производства, и ремень… А на запястье блеснули вдруг большие наручные часы! — Полшестого, – рыбак ухмыльнулся, перехватив взгляд беглеца. – В Сяяре не пойдем – вчера приехало двое русских из СМЕРШа. С ними взвод солдат. Ищут кого-то, всех таскают, расспрашивают. СМЕРШ! — Но ты не переживай, я тебя спрячу, – неожиданно рассмеялся Эйно. – Правда, извини, ненадолго. Ты где служил? Ладно, ладно, можешь не отвечать. Вот, пришли уже – мой хутор. Невдалеке за деревьями показалась мыза – просторный деревянный дом, поставленный на серых камнях и выкрашенный медно-коричневой «шведской» краской, очень даже не дешевой. Просторный двор: гуси, куры, утки, пара сараев и амбар, рядом, за изгородью, паслись две коровы. Если уж тут времена СМЕРШа, то старик – кулак, точно, усмехнулся про себя король. Впрочем, какой Эйно старик? Разве что борода только, а так – вполне уверенный в себе, сильный. С виду – лет шестьдесят, так как-то. В доме вдруг распахнулась дверь, и на крыльцо выбежала светловолосая девушка в длинной серой юбке и такого же цвета блузке. На тонкой шее ее светились теплыми солнышками простенькие янтарные бусы. Личико – вполне симпатичное, доброе, большие светлоголубые глаза, курносый, с веснушками, нос. Вполне миленькое создание. — Анита – дочь моя, – представив девушку, Эйно вдруг хмыкнул. – А вот твое имя спросить забыл. — Магнус, – машинально отозвался беглец. Хуторянин снова ухмыльнулся: — Интересное имечко. — В честь короля, – пояснил Арцыбашев. – Был такой в шестнадцатом веке король – Магнус Ливонский. — А-а-а, – махнув рукой, Эйно похлопал «утопленника» по плечу. – Ну, заходи, гостем будешь. Сейчас поужинаем, да ложись-ка, парень, спать. Магнус – ишь ты… Внутри мызы оказалось несколько комнат и столовая с большим овальным столом и колченогими стульями. На окнах висели чистенькие ситцевые занавески, а по стенам – картинки из немецких глянцевых журналов и календарь за 1945 год. Календарь был русским – из «Огонька». — Портрет фюрера, извини, не оставил, – усаживаясь за стол, пошутил старик. – Не то время, увы. Анита между тем ловко сервировала стол. Принесла фарфоровую супницу и тарелки, разложила ложки с вилками, поставила стаканы и, перехватив взгляд отца, притащила большую зеленоватую бутыль с чем-то мутным. — Шнапс! – хохотнул Эйно. – Давай-ка хряпнем – тебе как раз надо! А потом… вон, в той комнате шкаф со старой одеждой. Возьми себе что-нибудь. Ну! За твое спасение… Магнус! Выпив, спасенный кивком поблагодарил хозяина и отправился за одеждой. Комната оказалась узенькой, словно пенал, всю меблировку составляли громоздкий самодельный шкаф, кушетка да небольшой журнальный столик, застеленный старой газетой: «Правда» за 20 мая 1945 года. Арцыбашев покусал губу. После победы уже. А тут еще – всякие немецкие недобитки. Полицаи да прочая сволочь… или вот как этот хуторянин – кулаки. Кстати, вроде бы пока все удачно сложилось. Да-да – удачно! Магнус поежился: можно себе представить, что было бы, если б он попал в руки смершевцев. Насквозь подозрительная личность, без документов, без всего… даже толковой биографии – и той нету! Нет, в СМЕРШ нельзя – расстреляют, и все дела. Или бросят в камеру, потом лагеря – знаем-знаем. Нельзя так! Домой возвращаться надо. Домой… Беглец неожиданно улыбнулся: вот уже и шестнадцатый век стал для него домом, причем родным, без всяких шуток. Здесь же… Здесь все было чужим, опасным! |