Онлайн книга «Земский докторъ. Том 9. Падение»
|
— Да помню, Анюта, помню. Девушка убежала. Гробовский, докурив, выбросил окурок и тихо спросил: — Иван Палыч, ты про городской парк помнишь? — Парк? — вздрогнул доктор. — Ну, кончено же! Я только об этом и… Рад, что ты спросил! — Гладилин объявил — парк на реконструкцию закрыли, на пару-тройку дней, — чекист снял куртку. — Ну, чтоб в тайне все. Чтоб народ зря не будоражить. А то, знаешь, слухи пойдут… — Это правильно! — Уж, и теплынь же! Употел уже весь… — вытерев пот носовым платком, Алексей Николаевич искоса посмотрел на приятеля. — Так вот, Иван Палыч, все с той же целью… Хоть ты и на отдыхе, но… Хочу попросить об экспертизе! Ну, этих всех железяк, что в парке найдем… Чтоб, понимаешь, без лишних людей… — Да ясно все… — доктор потер руки. — Честно сказать, я и сам напросился бы… Микроскоп нужен… и кое-какие реактивы… Кроме вируса, там, скорее всего, еще и какой-то клей… Выясним! Лабораторию можно в «Минерве» устроить… ну, машине. — А, в этой колымаге-то! — Чтоб ты в машинах понимал, Николаич! * * * Утром друзья выехали из Зарного вместе, на машине доктора, точнее сказать — наркомздрава. Высадив Гробовского у здания ЧК, Иван Павлович поспешно погнал на вокзал, к московскому поезду. Тот уже подошел, и по платформе потоком шли люди. Спросив у проводника, доктор забрал у начальника поезда посылку — увесистый ящик с ампулами осельтамивира, недавно синтезированного в лаборатории в Люберцах. На Зарное хватит, — устраивая ящик в салоне, про себя рассуждал Иван Павлович. На Зарное хватит, и — если что — на округу. А вот на весь Зареченск — нет! Тут полвагона нужно. Пока синтезируют, пока привезут… А что, если… Если здесь, в Зареченске, и организовать? Пока что — временную лабораторию, а потом, кто знает, может и филиал всего производства? Почему нет? Говорят, при Моторном заводе раньше был химический цех… Подкатив к городскому парку, доктор оставил машину у закрытых ворот и, показав постовому милиционеру мандат и выписанный Гробовским пропуск, прошел в парк через небольшую калиточку. Карусель, качели, скамеечки. Уютный шахматный павильон, ларьки с мороженым и пивом. Всюду зелень — тополя, липы, подстриженные на французский манер кусты. Гипсовые статуи, щиты со свежей прессой, даже небольшой пруд. Красота! Не хуже, чем в Москве! Людей в ЧК не хватало, и Алексей Николаевич, будучи начальником, возглавил операцию лично. Тем более, что его заместитель, Аристотель Субботин, с доброй половиной сотрудников вот уже пару недель шарился по дальним лесам на стыке уездов в поисках неуловимой банды «зеленых». Завидев доктора, Гробовский помахал рукой: — Эй, эй, Иван Палыч, глянь! Что про скамеечку скажешь? Доктор пожал плечами: скамейка, как скамейка… и лишь, присмотревшись внимательнее, увидел торчащий снизу гвоздь. Небольшой, не сразу и заметишь. То есть заметишь, когда порвешь штаны или юбку. — Обрати внимание — вбит ни зачем! — склонившись, пояснил чекист. — Доски здесь не меняли, старые он не придерживает. Просто так забили — и все. И таких странных гвоздей здесь… не сказать, чтоб очень уж много, но — есть, есть. Осторожно действуют, черти… Ну, как с экспертизой? Можешь уже? — Да, в машине все приготовлено, — заверил Иван Павлович. — Вплоть до салонного фонаря. Давайте, вытаскивайте… и другой свой улов давайте. |