Онлайн книга «Маски и лица»
|
— Вы сказали — солидный? — Иван Палыч покусал губу. — Ну да, ну да, — покивал старичок. Как же его звали-то? Венедикт Арсеньевич? Или Арсений Венедиктович? Кто-то так… переспрашивать неудобно. — Я его запомнил — он на Аркадия, брата моего покойного, похож, — фотограф вздохнул и покачал головою. — Лет сорока, худой, жилистый, в очках таких, старомодных, в тонкой металлической оправе, знаете? Брат такие носил. Глаза — маленькие, бегающие, усы — модной такой стрелочкой. А над левой бровью — тоненький такой шрам. Ивана Палыча словно молния поразила! Это были точные приметы Потапова! Значит, и впрямь… Вот уж, действительно, не знаешь, где найдешь, где потеряешь. — А когда они приходили? — Несколько дней назад. — Англичанин тоже фотографировался? — Н-нет… Он за компанию зашел. Да тогда дождь был. Вот они в фойе и пережидали! — фотограф вдруг замолчал и, подумав, взмахнул рукою. — Кстати, англичанина этого я и раньше замечал. У афишной тумбы, здесь, на углу, там еще сапожная мастерская. Он, правда, спиной стоял, но — высокие рыжие ботинки и кепи! Это уж не спутаешь. Но, я внимания-то особого не обращал, так, пробегал мимо… Как вам, кстати, фото? — Замечательно, Арсений Венедиктович! — Венедикт Арсеньевич… — Венедикт Арсеньевич! Большое вам спасибо! Самый настоящий охотничий азарт вдруг захватил Ивана Павловича и властно повлек в сапожную мастерскую. Та располагалась как раз напротив тумбы, завешанной рекламными афишами театров и цирка, в полуподвале. «Николай Арданов. Починка обуви» — гласила строгая вывеска. Спустившись по узкой лестнице вниз, доктор толкнул дверь… — Добрый день! — вынув гвозди изо рта, оторвался от своего дела сапожник — еще совеем молодой парень с узким бледным лицом и длинными светлыми волосами. — Хотите починить штиблеты? Рекомендую набоечки. Очень недорого! — Иван Павлович! Дядь Ваня… Здрасьте! Из подсобки вдруг выскочил светловолосый парнишка в кожаном фартуке — сосед по квартире Витенька Сундуков. — Здравствуй, Виктор, — кивнул Иван Палыч. — Ты что же это — в сапожники податься решил? А как же школа? — Так каникулы ж! А тут я подрабатываю. — Вы, товарищ, не беспокойтесь, — сапожник привстал, положив молоток на пол. — Все бумаги, как надо оформлены. — Да я не о них, — улыбнулся доктор. — Знакомого одного жду. Вот, договорились у тумбы встретиться, а его все нет. Может вы видали? Такой… Витя вдруг рассмеялся и кивнул на оконце под самой крышей… точнее, под сводами: — Дядь Вань! Да от нас тут только ноги видать. Доктор замялся — действительно… — А он в какой обуви был? — вдруг уточнил сапожник. — Ну, этот ваш, приятель… — Рыжие высокие ботинки, — припомнил Иван Павлович. — Говорит — английские. Если не врет. Вообще, он такой хвастун, знаете ли… — Не врет, — хозяин мастерской широко улыбнулся. — Настоящие английские ботинки фирмы «Трикерс»! Я поначалу-то думал — «Черчес», да у «Черчесов» шнуровка другая и покрой. Но, «Трикерс» ничуть не хуже! — И-и… давно вы эти ботинки видали? — улучив момент, прервал доктор. Сапожник задумался: — Не то, чтобы давно… Но — часто! — Часто? Как часто? — Не то, чтобы часто… Раз в неделю — точно. По пятницам, что ли… Да, по пятницам — как раз афиши меняют. Видел! И каждый раз — в компании с яловыми казенными сапогами! У левого я бы каблучок подбил, а то отвалиться скоро. Там каблук-то каблук — подошва. Но все-таки. |