Онлайн книга «Переезд»
|
Выпустив детей у дома, Иван Палыч сразу же погнал машину на Лубянку — довезти приятеля, а уже потом планировал поехать в Хирургический госпиталь, да там и перехватить на бегу чайку. Хоть у того же выздоравливающего Глушакова! А что? Неплохая компания. — О чем задумался, Валдис? — скосил глаза доктор, перекладывая руль. Мотор Минервы работал тихо, можно было поговорить и в открытом отсеке шофера. — О фотографиях, — чекист поправил кепку. — Когда фотографировался, вспомнил. У нас в ЧеКа недавно создали фотографический отдел! Ну, преступников всяких снимать, террористов… Кстати, это Блюмкин предложил… И предложил вполне правильно! — Наш пострел везде поспел! — хохотнул Иван Палыч. — И не говори… Так вот! Сотрудников в отдел подбирал тоже Яков! Появился там один парень по имени Николай… Николай… А фамилия, кажется, Андреев. Да, Андреев. Думаю, тоже эсер. Ну, точно! Пазл понемногу складывался. Левый эсер, ультрареволюционер Яков Блюмкин везде расставлял преданных себе людей… и был связан с англичанами. Через фотографический салон «Люкс», через фотографа Николая Андреева… кстати, мастера своего дела. — Ну, Иван Палыч? — вдруг хохотнул чекист. — О чем задумался? — В этом деле явный английский след, — сбавив скорость, доктор свернул в проулок. — Сам посуди. Сотрудник английской дипмиссии, английская машина, английская же помада… Эх, еще бы найти девушку! Эту странную шатенку-брюнетку. — Думаю она и есть убийца Озолса, — снова подтвердил Иванов. — И провел ее в ЧеКа — Блюмкин! Тайно провел. Притормаживая, Иван Палыч согласно кивнул: — Как говорится — шерше ле фам! Ищите женщину. * * * Вторую половину дня Иван Павлович провел в Хирургическом госпитале, и спустился к машине лишь в десятом часу вечера. На улице было тепло, спокойно и сухо. Мерцали звезды, прогуливающиеся под кленами парочки радовала романтическим светом медная — со сковородку — луна, где-то неподалеку, в сквере, завели свои песни сверчки. Доктор уселся на шоферское место и запустил двигатель. Тяжелый автомобиль мягко отъехал с места и покатил по бульвару, постепенно набирая скорость. Минут через пять «Минерва» шла уже километров девяносто в час, обгоняя ленивых извозчиков и весь прочий транспорт. Крутят баранку, Иван Палыч думал о пенициллине, о возможности построить завод по его производству, и о том зловещем шпионском ребусе, в котором вольно или невольно оказался замешан. Чу! Впереди, попек дороги стоял фаэтон с выпряженной лошадью. Как он здесь очутился, кто его прикатил — думать было поздно. Иван Павлович резко нажал на тормоз, остановив машину перед самой коляской. На подножку тот час же заскочил какой-то парень в широкой кепке и наставил на доктора револьвер! Точно такой же типаж возник и на другой подножке… Даже, более того, совсем обнаглев, забрался в шоферский отсек. Ухмыльнулся, покачивая маузером: — Ну, давай, барин, выгружайся! За спиной вдруг гулко прозвучали выстрелы. Два. Один за другим, почти сразу. Выронив маузер, бандит закричал и, хватившись за плечо, выскочил из машины. Второго давно уже словно сдуло ветром! — Ох Иван Палыч! — донеслось из пассажирского салона. — Ты больше так не гони! — Иванов! — обернувшись, радостно выпалил доктор. — Ты… ты как здесь? — Тебе поджидал! Да вот, задремал малость, — чекист ухмыльнулся. — Иван Палыч, родненький! Снова дело к тебе. Помнишь тот дом на Большой Никитской? В квартире уже тебя знают — откроют. |