Онлайн книга «Санитарный поезд»
|
Экипажей от вокзала в город хватало! Пара «лихачей» даже обогнали сани, за ними, пыхтя, промчался автомобиль. Лихо мчал — верст сорок час, не меньше! Эх-х… Иван Палыч с ностальгией вспомни свой верный «Дукс»… и вдруг заметил показавшуюся позади пролетку, в коей, за извозчиком сидел парень в кепке и темном полупальто. Тот самый? В галифе ли — было не видно… — Тпру-у! Приехали, господа! — осадил лошадь извозчик. — «Гран-Палас-синема»! Три с полтиной! — Хо! — возмутилась Пелагея Демидовна. — Прям, как в Москве! Это ж чистый грабеж, любезный! — Так, барыня… Овес нынче дорог! Война-с… Сошлись на двух целковых, что тоже было недешево, но, все-таки, не три пятьдесят. Помогая сестричкам выбраться из саней, доктор наскоро осмотрелся и, не заметив ничего подозрительного, вслед за своим милым спутницами вошёл в помпезное здание местного кинотеатра. В фойе было людно. В буфете торговали сушками и чаем. — Те-омно-й тучей не-ебо накрыто… — проникновенно пела юная барышня под дребезжащий аккомпанемент старого фортепьяно. Нынче давали «Танец смерти» — новую фильму с Иваном Мозжухиным, великолепную отлично снятую драму о сумасшедшем композиторе, убившем собственную жену и вдруг встретивший девушку, так на нее похожую. Кто-то хрустел сушками. Кое-кто нервно курил. Сестрички, не стесняясь, рыдали. Все же осторожничая, Иван Палыч вышел в фойе незадолго до окончания картины. За столиком в буфете, сидели юная певица, и ее аккомпаниатор — худой узкоплечий старик в диагоналевой паре времен еще Александра Третьего. Оба пили слабенький чай с сушками. — Вы хорошо пели, — проходя к окну, улыбнулся доктор. — Спасибо. Девушка улыбнулась. Худенькая, с тонкою шеей и большим — почти в пол-лица — глазами. Красивая… Если б не слишком уж бледное лицо. Недоедание? Анемия? — Вам спасибо… Нет, вам, правда, понравилось? — Ну да… — глянув в окно, молодой человек подошел к буфетной стойке и подозвал буфетчика, дюжего, с пошлыми усиками, молодца, коему самое место в окопах. А он вот почему-то здесь… — Любезный, что там у вас есть покушать? — Сушки-с! Чаёк, — тут же отозвался молодец. — Изволите-с? — Изволю чего-нибудь посущественней! — Иван Палыч хмыкнул и вытащил портмоне. — Есть? — Яичница с краковской. Пожарить? — Давай. Две порции. Подашь вот им… — доктор кивнул на артистов. — Сделаем. Будет стоить ровно один рубль. Яичница с колбасой… Рубль! Одна-ако… Впрочем, чему удивляться? Война. — Вот, любезнейший, получите… Рассчитавшись, доктор вновь подошел к девушке и старику: — Ищу здесь одного человека. Темное полупальто, галифе, кепка. Узкое такое лицо… Случайно, не видали? Не заходил? — Нет, нет! — поспешно закивали артисты. Пожалуй, даже как-то слишком поспешно. — Прошу-с! Буфетчик принес яичницу. Шипящую, с краковской колбасой. Старик поднял глаза: — Это что же — нам? Но мы не… — Кушайте-с! Все оплачено… Спрятав улыбку, доктор направился к выходу — встречать коллег. — Постойте! — пообедав, окликнула барышня. Оглянулась, понизила голос. — Тот человек, про которого вы спрашивали… Он был здесь. И… это очень плохой человек. — Спасибо, милая… Сеанс кончился. Зрители повалили к выходу. Пошел и доктор, правда не спешил. Иван Палыч был готов ко всему. И все же, даже не сообразил, откуда взялся тот, в галифе? С дерева, что ли, спрыгнул? Или выскочил из кустов? |