Книга Земля войны: Ведьма войны. Пропавшая ватага. Последняя победа, страница 265 – Александр Прозоров, Андрей Посняков

Шкипер шпарил по латыни, словно какой-нибудь подкованный жучила-юрист, Иван этот язык знал, правда, чуть хуже, чем немецкий и польский. Не такое уж, кстати, и высокое оказалось жалованье – Егоров с Михеем дураками себя не выказали, торговались до последнего, зато кое в чем уступили в размерах доли. Общему согласию сильно поспособствовало и то, что корабельщики все ж таки оказались англичанами, а не враждебными шведами или поляками Речи Посполитой. С Англией Россия не враждовала, а, наоборот, дружила и преизрядно, на что самому государь постоянно жаловались голландские и датские купцы-гости. Мол, не развернуться им – в иноземной российской торговле, куда ни плюнь – обязательно попадешь в англичанина. А что? В лондонской «Московской компании» зря свой хлеб не ели!

Так что все хорошо: представители команды – шкипер и главный канонир – ударили по рукам с «господином бароном» «со всем удовольствием и приятностью», после чего долго пили мгновенно изготовленную колдуном Енко Малныче бражку (что умел, то умел, не отнимешь!) и клялись друг в друг в вечной дружбе. А то, что перед этим слегка друг в дружку постреляли – так с кем не бывает? Джентльмены на то и джентльмены, чтоб, в случае обоюдной выгоды, не обращать внимания не разного рода недоразумения, кои всегда случаются – жизнь есть жизнь.

— Се ля ви, как говорят французы… и наш добрый лекарь, увы, ныне сгинувший, – засмеявшись, произнес шкипер и махнул рукой. – Ну, господин барон, – выпьем! Очень рад познакомиться лично с вами и с вашим капитаном Мик-хеем.

От англичан же атаман, а следом за ним и все казаки узнали о смерти грозного государя Ивана Васильевича, случившейся уже больше года тому назад, и о новом царе – Федоре, коего Иван помнил как очень спокойного и приятного человека, весьма грамотного и во многих науках сведущего.

Егоров даже встал:

— Ну, выпьем за царя Федора Иоанновича! Слава!!!

Англичане тост поддержали с охотою – новый государь им ничего плохого не сделал, и все полученные от покойного Иоанна Васильевича преференции подтвердил.

Лишь под утро гости разошлись из салона по своим каютам.

— Скажу вам откровенно, Эндрю, – пошатываясь, промолвил главный корабельный канонир, добродушный с виду толстяк Ричард Флемингс по прозвищу «Дядюшка Дик», – если б не несчастный старина Бишоп, мы бы давно навели тут все мосты. Не бегали б, подобно шакалам, пытаясь что-то урвать, а спокойно заглянули бы в крепость, договорились бы с этим милым бароном.

— А договорились бы?

— Вы видели их корабли? Это ж слов нет. Наша-то красавица «Святая Анна»…

— Кстати, она теперь не наша, – пьяно улыбаясь, тощий Эндрю Уайт погрозил пальцем. – Это теперь трофей… г-господина барона.

— И все из-за глупости нашего незадачливого капитана! Ах, жаль, конечно, старину… Погибнуть такой страшной смертью, брр!!! Ну, да земля ему пухом, аминь.

Известие о новом царе выбило из головы атамана весь хмель! Ведь Федор Иоаннович, вне всяких сомнений, «перебрал» бы весь «двор», а как же – новая метла метет по-новому. И, вполне вероятно, давний недруг Ивана, боярин Упырь Федорович Буйнаков с позором от царского двора изгнан да отправлен в свою вотчину… а то и в монастырь.

Ах, если бы… Хотя нет – хитер, хитер боярин, Годунов у него в друзьях, стольник, да и все прочие. Надо будет – новому государю лучшим другом прикинется – честным, преданным, верным.