Книга Земля войны: Ведьма войны. Пропавшая ватага. Последняя победа, страница 196 – Александр Прозоров, Андрей Посняков

— Только не вполне счастливая, – улыбнулся Джеймс.

Ему и в самом деле было жаль эту красивую молодую девчонку, попавшую в безжалостные жернова злодейки судьбы. В конце концов, Фогерти вовсе не был злым человеком, что же касается должности палача, которую, надо сказать, он исполнял честно, без всякой брезгливости – так это была работа, а не веление души.

— Будешь натирать свой шрам два раза в день, утром и вечером… ну, или как выйдет, – промолвил Джеймс. – Вино в период лечения желательно не употреблять вообще. Обязательно сделай все, как я сказал, иначе можешь умереть в муках. Да-да, это не шутка!

В дверь осторожно, но настойчиво постучали.

Лекарь-палач поднял голову:

— Кто там еще?

— Господин, время, – послышался знакомый голос кабацкого молодца. – Утро уже. Пора.

— Да-да, я уже одеваюсь.

Заправив в штаны белую кружевную сорочку, Фогерти прицепил шпагу, когда-то принадлежавшую какому-то важному испанскому гранду, – нидерландский трофей. Усмехнулся невесело: если подумать, чем он лучше этой несчастной гетеры? Такой же наемник, ни кола ни двора, и все его вещи – эта шпага, перстень, серьга – чужие, отнятые у врагов по праву сильного.

Рыжая Анна, проворно одеваясь в углу, потянулась к поясу… как вдруг что-то выпало, со стуком упав на пол. Какая-то блестящая безделушка, гребень.

— Нет! – перехватив заинтересованный взгляд англичанина, девушка бросилась на колени, накрывая упавшую вещицу ладонями. – Это мое!

— Вот дурочка! – Фогерти рассмеялся. – Ты думаешь, я собираюсь тебя ограбить?! Просто любопытно было бы взглянуть. Покажешь?

— Ну… пожалуйста, смотрите, сэр.

Хлопнув длинными загнутыми ресницами, как ни странно, темными, а не рыжеватыми, Анна протянула безделушку Джеймсу.

Действительно, гребень. И – черт побери – золотой! Да еще какой изящной работы – ого!

— Забавный какой демон, ага…

По верху гребня, сверкая вставленными самоцветами-глазами, расселся угрюмый золотой божок с выпяченным мужским достоинством и самодовольной улыбкой, с поразительным блеском переданной неведомым ювелиром.

— Интере-есно, – возвращая вещицу, задумчиво пробормотал лекарь. – Я видел подобные в Африке. Откуда у тебя этот гребень? С какого-нибудь английского судна?

— И вовсе нет, – рыженькая успокоенно рассмеялась. – Не с английского, а с русского.

— С русского?!

— Я в прошлом году на Печоре-реке жила, в Пустозерье, – получив в подарок за проведенную ночь золотое кольцо, девчонка резко повеселела и разговорилась. – Там один струг морской с неведомых земель пришел, к Строгановым направлялся. Казаки-ватажники, косматые, смешные такие. У нас там в бане мылись, вот я и с одним…

— И потом этот гребень украла.

— Что вы, сэр! Подарок это.

Фогерти чмокнул рыжую в щеку и протянул золотую крону:

— Извини, если обидел.

— Да не обидели… сэр, – спрятав монету, девчонка потупилась и закусила губу, видать, к галантному обращению не привыкла.

— Вообще-то я не совсем «сэр».

— Да и я не Анна.

Оба встретились глазами и засмеялись разом.

— Так из каких же все-таки земель пришел тот струг? – прощаясь, словно бы между прочим поинтересовался Фогерти.

Рыженькая наморщила носик:

— Казаки те сказывали, не так уж и далеко к ним плыть. Все вдоль берега моря студеного, на восход солнца. С неделю или побольше – смотря какой ветер.