Книга Повелители драконов: Земля злого духа. Крест и порох. Дальний поход, страница 95 – Александр Прозоров, Андрей Посняков

Они вернулись не так уж и скоро, атаман начал уже беспокоиться, собираясь отправиться за дюны лично, прихватив с собой Ганса Штраубе и дюжину добрых солдат.

— Не, атамане, – присмотревшись, ухмыльнулся отец Амвросий. – Не надо нам никуда. Похоже, идут. Ну, слава те, Господи!

Священник перекрестился, то же самое сделал Иван, а следом за ними и все остальные казаки.

— Что-то их мало, – закончив бинтовать плечо незадачливому Силантию, покачал головою Афоня. – Спаси Господи, не случилось ли что?

Десятник Олисей Мокеев, сунув саблю в ножны, возвращался в сопровождении трех казаков… а ведь в погоню уходил весь десяток. Неужели проклятые людоеды все-таки смогли…

— Там, за холмиком, женщины, – подойдя, устало доложил Олисей. – Я оставил казаков – присмотреть, мало ли…

— Молодец, что оставил, – атаман задумчиво потрогал шрам. – И много там женщин?

— Их надо всех убить, – озабоченно промолвил Маюни. – Надо, чтоб менквов совсем-совсем не осталось на свете, да-а!

— Дюжина всего, все молодые девки, – Мокеев неожиданно улыбнулся. – Но это не людоедские девки, атамане. Не уродки – красули. Видать, пленницы – руки у них травой были связаны. Я велел развязать. Что делать будем, атамане? Сюда их вести или… куда хотят отпустить?

Десятник нарочно докладывал негромким голосом, дабы не вводить в ненужное смущение казаков, непременно обрадовавшихся бы бесхозным девкам. И так-то кое-кто уже услыхал, протянул:

— Говоришь, красули?

— Правильно сделал, что не привел, – хмыкнув, заметил Еремеев. – Сами сходим, глянем, не бояре, чай. Ты со мной, отче?

— Конечно! – отец Амвросий важно кивнул и поправил на груди крест. – Поглядим, что там за девы.

Пригладив бороду, Мокеев вдруг прищурился, ткнул перстом Маюни:

— Его надо взять. Девки на него похожи, такие же мелкие, невысокие.

Отрок хлопнул ресницам и обрадованно закивал:

— Конечно, я пойду с вами! А девы, верно, из ненэй ненэць народа. Их ведь весло недавно нашли, да-а.

Иван с отцом Амвросием и Маюни, взяв с собой еще нескольких казаков, в том числе верного оруженосца Якима и напросившегося оглоедушку Михейку Ослопа, обходя валявшиеся тут и там трупы поверженных людоедов, зашагали следом за Мокеевым к дюнам.

С моря дул ветерок, легкий и прохладный, гнал по светло-синему небу белые кучевые облака, развевал красный шелковый плащ на плечах атамана. На дюнах кусками росла чахлая травка, попадались и карликовые изогнутые березки, чертополох, одуванчики и мелкие соцветья ромашек.

Иван сорвал по пути одну, отрывал лепестки, совсем как в детстве, гадая:

— Любит – не любит…

Шедший впереди десятник обернулся, показав рукой:

— Вот, господине. Пришли.

Внизу, меж дюнами, на поросших седым мхом валунах и просто каменюках сидели юные девушки: худенькие, невысокие, черноволосые, со смуглыми скуластыми личиками, в которых явно читался испуг. Все девы были одеты в короткие оленьи рубахи – малицы, в штаны, в торбасы – мягкие сапожки из тщательно выделанной шкуры оленя. Глазки у всех девок – темненькие, у кого раскосые, а у кого – и не очень, кожа смуглая, но тоже не особо. Ладненькие такие девчонки, некоторые – так и вообще красавицы!

— Ну, здравы будьте, девицы! – подойдя, ласково поздоровался атаман.

Маюни быстро перевел – девушки поспешно вскочили и поклонились.