Онлайн книга «Повелители драконов: Земля злого духа. Крест и порох. Дальний поход»
|
— Почему Митькой? – удивился Иван. Поглядывая на дракона, Семка шмыгнул носом: — Дак это… У нас дома бычок такой был. Бодучий! Первый полет, конечно, совершил Енко. Уселся, застегнул сбрую, да, погладив ящера по шее, что-то шепнул. Небесный конь фыркнул, взмахнул крылами и как-то нелепо взлетел, едва не задев растущую невдалеке осину. Сделав пару кругов над острогом, колдун приземлился около ворот, там же, откуда и взлетел. Спрыгнув с седла, похвалил своего коня: — Славный зверь – выносливый, сильный. — Ла-адно, не перехвали, – протянул Егоров. – Сейчас поглядим, какой он сильный… Атаман был куда как поосанистей колдуна, потяжелее, и, залезая в седло, почувствовал, как затрепетала, прогнулась чешуйчатая драконья шея. — Ничо, ничо, Митька, брат, – Иван потрепал зверя по холке. – С Енко полетал – и со мной полетишь. Не так уж я и тяжел, это тебе просто кажется, а у страха глаза велики, это уж всякий знает. — Ну… – умостившись в седле, атаман размашисто перекрестился. – Давай, что ль, Митюша, взлетай! Покажи-ка всем, что не зря я тебе рыбкой кормил вкусной. Хоп! Хоп! Хоп! Как и показывал Енко Малныче, Иван натянул поводья и резко хлопнул ящера по холке: — Хоп!!! Дракон расправил крылья, хлопнул… еще и еще… — Давай, давай, Митя! – азартно кричали столпившееся полюбоваться на этакое-то чудо ватажники. И не прогонишь ведь их никак, да и понять можно – не каждый божий день атаман в небесах летает! Ящер с шумом поднялся сажени на три… потом зашатался, снизился… — Ну-ну, Митенька! Рыбки тебе принесу… Давай, милый! Дракон махнул крыльями… и еще, и еще… тяжело, неказисто, однако же летел-таки, медленно, но верно набирая высоту! Молодые казаки, не глядя себе под ноги, спотыкаясь и падая, словно дети, бежали следом, что-то восторженно крича и размахивая руками. — Ну, с Богом, со Христом! – перекрестил поднявшегося в небо атамана отец Амвросий. Холодея от восторга, Иван глянул вниз – на сделавшийся совсем маленьким острожек, на игрушечную церквушку, на бегущие фигурки людей… на бескрайнюю синь моря! — Ой, Митька-а-а! Вот ведь диво-то дивное, а! Поднявшись ввысь, наверное, почти на версту, дракон расправил крылья и стал медленно и величаво парить в воздухе, время от времени делая мощные взмахи. — Чудо, чудо господне! – не уставал любоваться новоявленный небесный всадник. В груди атамана поднималось и ширилось такое же радостно-щемящее чувство, какое когда-то бывало лишь в давних детских снах, когда – там, во снах – он тоже летал, правда, сам по себе, а не верхом на могучем драконе. — Господи, Господи… красотища-то кругом какая! – от охватившего восторга Ивану было трудно дышать. – Вот нарисовать бы! Да и чертеж сладить, исправить кое-где… Река, вон – на полверсты ближе, чем там… а за рекой… Заметив за дальней рекой что-то странное, предводитель ватажников приставил к левому глазу зрительную трубу… и смачно выругался! Внизу, на том берегу, взбаламучивая волны и на ходу объедая листву на верхушках высоченных лип, прямо по реке шли, один за другим огромные – с добрые боярские хоромины – длинношеи! Следом за ними, по берегу, продвигались упертые трехроги, за ними маячила пара ужасных драконов о мощных задних ногах, а чуть дальше, запряженные в сбрую товлынги тащили за собой большие лодки – видать, река-то была для них мелковата, да. В лодках щетинились копьями воины в бронзовых шлемах и панцирях, и это были не менквы, а сир-тя. Менквы, впрочем, тоже имелись – тянулись унылым стадом позади всех. |