Онлайн книга «Повелители драконов: Земля злого духа. Крест и порох. Дальний поход»
|
— Любо, атаман! – круг взорвался радостным гулом. – Любо! — Тогда охочие люди пусть к десятникам своим подойдут, – Иван поднял руку, и круг постепенно притих, внимательно слушая своего вожака. – Сразу предупреждаю, всех не возьму, так что уж, казаки, без обид. — То само собой, атамане. — И о полоняницах-девах скажу – кто с имя живет, пусть в острог не водит ни в каком разе! — И то правильно! — Верно решил, атамане! Мерцали костры. С посада доносились песни. Решив главный вопрос, простые казаки постепенно расходились – кто в острог, а кто – и к чумам, где ждали их трепетные и нежные пленницы. Попробовали бы не ждать. Да не быть трепетными и нежными… Митаюки-нэ узнала о принятом на круге решении одной из первых… да, честно сказать, и первой – сама это решение и готовила, призывала богов и духов, ворожила на голову атамана, на мысли его давила коварно, внушала, чтоб сам во главе похода встал, а мужа ее, Матвея Серьгу, главным в остроге оставил. И чтоб казаков взял, да не просто так, всех подряд, а кого надо – то есть кого в остроге не надо – обязательно священника взять и мелкого вражину Маюни. И Афоню тоже хорошо бы убрать, чтобы никого из шаманов креста на острове не осталось. Вот тогда посмотрим, вот тогда… Слава великой Праматери Неве-Хеге, на этот раз все прошло гладко – на круге приняли именно такое решение, какое проталкивала коварная Митаюки, не зря она колдовала, не зря брала рыбью кровь, да и своей для ворожбы не жалела, всю ладонь ножом исцарапав, острой косточкой проткнув вену. Едва сама без крови не осталась, осунулась, даже муж то заметил, пожалел, приголубил – что-то, мол, ты такая бледненькая стала, не заболела ли часом? О том, что творила коварная дева в головах простых казаков и самого атамана, знали еще двое – старая ведьма Нине-пухуця… и гость Енко Малныче, колдун и изгнанник. Он-то и поджидал атамана у башни. — Постойте, господин. Поговорить с вами хочу. — А, Енко, – вежливо улыбнулся Иван. – Да не забыл, не забыл я про ваше дело. По пути отряжу казаков да отца Амвросия, думаю, вам там не долго. На струге с нами пойдете… вот только зверь ваш… — Ноляко по берегу побежит, не отстанет, – гость почтительно наклонил голову и тут же вскинул глаза. – Но я сейчас не об этом. О сир-тя поговорить хочу – надо. Только там, где бы никто… — Понял. В башню следом за мной поднимайтесь. Кудеяр! — Слушаю, господине! – подскочил молодой казак. — Сторожи, чтоб никто сюда не вошел… А вы, прошу, господине… Поднявшись по узким приставным лесенкам на вершину воротной башни, атаман отпустил часового перекусить и, опершись на стену, бросил взгляд вдаль, на маячивший за узким проливом берег, ближе к морю – пустынный, а чуть дальше подернутый сиреневой дымкой непроходимого колдовского леса. Солнце сир-тя уже скукожилось и сияло тусклым ночным светом, настоящее же светило медленно катилось по кругу с противоположной стороны острога. — Сначала спрошу, что вы думаете о нападении на ваши струги? – встав рядом, негромко поинтересовался гость. Конечно же Иван не верил ему ничуть, но предполагал как-нибудь в дальнейшем использовать и сейчас оказывал все подобающее гостеприимство. Все ж таки – именно он вывел ясачных казаков к острову! К тому же – изгой, за какой-то проступок его там, у себя, осудили, изгнали… и этим обязательно нужно было воспользоваться… быть может, чуть позже. |