Книга Тевтонский Лев, страница 52 – Андрей Посняков

— Красивые места! — мечтательно произнес идущий справа от пленников легионер — опытный воин лет тридцати. — Я был бы не прочь получить здесь участок земли и построить виллу.

— Участок? — улыбнулся воин, шагавший слева, — видать, надоело молча месить грязь. — А почему бы и нет, Флавий? Тебе ведь не так долго осталось служить, а здесь, в Кельтике, потребуются верные люди — опора порядка и власти.

— Да! Думаю, Цезарь наделит землей таких, как я. Тем более в Галлии земли много.

И Виталий, слушая этот разговор, ведущийся на латыни, больше не удивлялся — начал привыкать понемногу к своей новой реальности…

Широкая дорога, обложенная камнями, спускалась по склону холма в ложбину. С обеих сторон потянулись возделанные поля: на одних еще щетинилась стерня, другие уже были вновь распаханы и засеяны озимыми. Выходит, не глухая тут тайга, места обитаемые. Да и дороги есть: не асфальтированные, не мощеные, зато хорошо утрамбованные и широкие — три легковые машины запросто разъехались бы. Вот только не видать тут ни машин, ни даже дорожных знаков. Равно как и сельхозтехники на полях, уходящих за горизонт.

Впереди появилось нечто, движущееся на-встречу. Виталий с надеждой вгляделся — вот окажется, что это трактор или автомобиль, и он снова будет в своем времени. И пусть его окружает банда спятивших отморозков — все же станет легче ориентироваться, появится надежда на спасение… Но увы: это была повозка, здоровенная, груженная сеном, запряженная четырьмя быками. Животных лениво подгонял возница — в антуражных башмаках, штанах и галльской накидке из козьей шкуры, называемой кервезией. От разочарования похолодело внутри, и Виталий ощутил, что близок к отчаянию.

— Сальвете! — Отогнав телегу на обочину, возница остановился, пропуская римлян.

— Далеко ли до постоялого двора, парень? — проезжая мимо, поинтересовался оптий.

— До постоялого двора? — Возчик почесал заросший затылок. — Да недалеко, лиг десять.

— Лиг? Ты нам скажи, сколько это в милях?

— В милях? — Парень явно задумался. — Ну, может, дюжина, а может, полтора десятка.

— Понятно, — кивнул Марк Сульпиций. — Примерно полдня пути, вряд ли меньше. Слышь, парень, а ты не встречал здесь воинов великого Рима?

— А как же не встречал?! Третьего дня шесть когорт прошли, все вино на постоялом дворе выпили.

— Так что же, на постоялом дворе теперь нет вина? — нахмурился оптий.

— Вина нет, но дядюшка Бранит, думаю, уже наварил пива. Много ведь вас идет — чего зря деньги терять?

— Клянусь Меркурием, неплохо сказано! — Командир рассмеялся. — Ты рассуждаешь почти как настоящий римлянин!

— А вы что думаете, в провинции совсем уж чурки неколотые проживают? — обиженно отозвался возчик. — Ладно, проходите быстрее, некогда мне тут с вами языком трепать, сено везти надо.

Возница шпарил по-латыни довольно бойко, правда, как машинально отметил Виталий, не совсем правильно — путался в грамматике. Но чему удивляться — этот язык ему явно не родной. Однако от заброшенной фермы они ушли уже очень далеко. В банду чокнутых поверить еще можно, особенно если другой версии все равно нет, но не может на исторических игрищах свихнуться целая область! Это же не заимка таежная — такие просторы, да еще с обработанными полями, не могли бы оставаться незамеченными. И правда, легче поверить, что попал в первый век до нашей эры — это менее невероятно, чем существование целого края, населенного сплошь сумасшедшими любителями варварской древности. Ну не может такого быть, и Виталий, как научный работник, это хорошо понимал. Перемещение по времени даже с научной точки зрения легче объяснить, если постараться, чем массовый психоз, осложненный слепотой и глухотой остального человечества.