Онлайн книга «Тевтонский Лев»
|
— Славному семейству Прокулов мы обязаны всем. — Юноша поклонился. — Рад, что ты это помнишь. — Оптий кивнул и посмотрел на остальных воинов. — Сегодня велит оплошал — упустил беглеца… В строю прокатился осуждающий ропот, кто-то выкрикнул обидные насмешки, кто-то выругался. — Упустил, но сам же в конце концов и поймал, можно сказать. Если бы велиты не вступили с беглецом в схватку, если бы Юний не продержался так долго… Короче, этого строптивого пленника я дарю велиту Квинту Юнию! Вы, мои славные воины, придумаете подходящую казнь, а Юний… — Тут оптий сверкнул глазами и прищурился. — Юний приведет приговор в исполнение! Молодым надо закалять сердца! Несколько секунд легионеры молчали. Одно дело, когда воин по велению своего командира наказывает товарища за какой-то проступок, но совсем другое — возложить на велита обязанности палача! Унизил так унизил — ничего не скажешь. — Ну? — грозно рыкнул тессарий. — Что молчите? Предлагайте же? — Распять его на кресте! — Сжечь на костре! — Удавить! — Отрубить голову! — Дать меч, и пусть бьется со своими соплеменниками насмерть! Последнее предложение, похоже, понравилось оптию больше других. Устало вытянув ноги, он посмотрел на Юния: — Ну? Что скажешь? С видом провалившегося на экзамене двоечника велит почесал затылок и несмело уточнил: — Это ведь теперь мой раб, правда? Вы, господин, только что подарили его мне… — Да-да, все так, парень! — Тогда я не понимаю, почему моей собственностью распоряжаются посторонние люди. При этих словах многие легионеры изумленно раскрыли рты — по всему видать, не ожидали подобного от тихони. — Потому что этот раб должен быть наказан, — размеренно и четко проговорил командир. — А раз это твоя собственность, то и наказать его — твоя обязанность. — Я накажу его, да. — Велит с готовностью кивнул. — Только… можно несколько иным способом? — Ты же у нас теперь собственник, хозяин! — Оптий развел руками и издевательски хмыкнул. — Очень интересно, что ты придумал с ним сделать? Ну, говори же, говори! — Видите ли, господин центурион, у меня в Нарбонне есть один знакомый ланиста… — Что? — Марк Сульпиций в изумлении хлопнул себя по коленкам. — Ну у тебя и дружки, парень! И это — клиенты моей семьи? Ужас. А знакомого сутенера среди твоих друзей нет? Или актера, бродячего мима, проститутки? Позволь заметить, такие знакомства вовсе не красят воина великого Рима! — Уж какие есть… — Юноша сконфуженно покраснел. — Что ж, продолжай, интересно послушать. Ну-ну, смелее! — В легионе, как вы знаете, я недавно. И жалованье мое еще очень невелико, а трофеи попадаются редко… — Хватит жаловаться на жизнь! Я понимаю, куда ты клонишь. Сколько ты рассчитываешь получить за него у ланисты? — Шестьдесят тысяч сестерциев. — Юноша скромно опустил глаза. — Сколько-сколько? — Оптий аж привстал от удивления. — Я не ослышался? Шестьдесят тысяч? Это твое жалованье за год! И кто же даст такие деньги за строптивого раба, с которым одни проблемы? — Шестьдесят тысяч, — упрямо повторил велит. — Этот галл… Он бьется в точности как гладиатор! Всякие там финты, уловки, обманные движения… Клянусь, едва ланиста увидит, как этот парень сражается, он заплатит мне столько, сколько я запрошу, а может, еще и больше. — Ну ты нахал, парень… Луций! Ты как думаешь, выручит велит за беглеца такую сумму? |