Книга Тевтонский Лев. Золото галлов. Мятежники, страница 24 – Андрей Посняков

— Скажи как есть… Вон туда, к озеру пошли. Вроде там тихо.

Они уселись на берегу, свесив ноги со старых мостков. Позади, в харчевнях, слышались веселые голоса и смех, где-то рядом плескалась рыба, а в черной воде отражались дрожащая луна и звезды. Беторикс зачерпнув ладонью воду, намочил стремительно распухавшее ухо – все ж таки приложили изрядно.

— Ну, что у тебя?

— Вот… – Парнишка протянул ладонь, на которой блеснул сотовый телефон.

— И что? Нашел, что ли?

— Это мой.

— Ну и?

— Это… – Парнишка упрямо сжал губы, немного помолчал и, опустив голову, еле слышно промолвил: – Это я вас выдал. Вот сегодня утром… ночью. И сидел в кусточках, вовсе не за девками смотрел…

Беторикс помолчал. Как он и подозревал, в окружении нашелся предатель, но зачем же он признался? И что тут было сказать – дать в морду? Этому сопляку?

— Понимаешь, Беторикс, – все так же негромко продолжал парень. – Ты, я чувствую, не такой, как все наши. Не знаю, как объяснить, но… Тебе можно довериться, а мне больше просто некому, понимаешь?

Подростка уже начинало трясти от волнения, так что, казалось, он сейчас упадет с мостков в воду.

— Это еще не все! Самое-то главное дальше… Я должен сообщать обо всем, что творится в крепости! Шпионить, в общем, – парнишка грустно усмехнулся. – Просто я очень, очень сильно хотел к римлянам поступить, легионером быть. У меня и прикид есть, и доспехи, а Юний меня нипочем брать не хотел. А потом сказал: просись к Беториксу, поедешь с ними, поможешь нам, а там и посмотрим. Ну, я и согласился… ну это самое…

— Тоже мне, Штирлиц! – жестко отозвался Беторикс. – А ведь говорили мне: свои его не берут, тебе-то зачем? Пожалел я тебя, дурака, потому что знаю – у Юния вашего понтов выше крыши. Думал, ты нормальный человек, а он, оказывается, правильно делал, что тебя не брал.

— Но я решил: я не буду. Нехорошо это.

— Ну, надо же, – Виталий скептически усмехнулся. – Разобрался-таки, понял, что хорошо, а что плохо. Кроха сын к отцу пришел… Тебе не три года, должен понимать. Однако я Юнию это запомню!

— Знаешь, я, наверное, домой уеду. Вот завтра с утра и уйду. Или даже прямо сейчас, – подросток говорило громко, на срыве, уже чуть ли не плакал.

Беторикс махнул рукой:

— Куда ты сейчас пойдешь? Кто тебя одного ночью отпустит? Я ж отвечаю за тебя, дурака. Со всеми поедешь. И смыться не вздумай – после этого вообще можешь ни в один клуб больше не показываться. Но если Юний узнает, что ты мне все рассказал, легионером тебе не бывать. У него, во всяком случае.

— Ну и пусть! – Подросток упрямо набычился. – Я-то и сам дурак, что согласился. Выйдет из меня не легионер, а предатель и сволочь. Не надо мне такого. Я уж лучше к шотландцам пойду, меня, между прочим, Донах сам звал…

— Ну вот, начал соображать! – Беторикс одобрительно кивнул. – Какая разница, по большому-то счету, в шотландцы ты пойдешь, в легионеры, в кирасиры, в стрельцы или фрицы, главное, мужиком быть, а не мразью.

— Да я понял! Клянусь, больше никогда…

— А вот клясться не надо. Не нужно лишнего пафоса. Будь проще, и люди к тебе потянутся. И смотри молчи – никому больше не каяться, понял? – предостерег Беторикс. – Не было ничего!

Не хватало еще, чтобы Эпоред с Бривасом и прочими узнали о предателе – проходу потом не дадут собственному вождю, который по доброте душевной взял на выезд чужого парня и так нарвался. А от Юния ничего хорошего ждать и не приходилось. Только раньше Беторикс думал, что легат «Римского орла» просто от понтов так разборчив, не хочет брать на выезд человека, который еще не встанет в строй по малолетству, а тот, оказывается, вон что задумал!