Онлайн книга «Вещий князь: Ладожский ярл. Властелин Руси. Зов Чернобога. Щит на вратах»
|
Ирса вздохнула и потрясла головой, отгоняя нелепые мысли. Она – орудие убийства, безжалостное, как острие меча, а вовсе не женщина… Хотя так хотелось бы. В последнее время – все больше… Загремев цепью, у ворот спросонья залаял пес, появившийся после того прискорбного случая с гибелью привратника и побегом. Стражник что-то глухо сказал, успокаивая собаку, – Филофей не разобрал слов. Лишь подойдя ближе, подозвал стража. Пока все спокойно. Что ж, даст Бог – так и будет. Впрочем, уж недолго осталось, недолго. Жаль вот, нельзя трогать того красивого юношу, недавно привезенного Евтихием и Харитоном. Он не похож на всех остальных – постарше, посветлее лицом; Филофей Мамона не отказался бы разделить с ним ложе. Но Овидий запретил его трогать, и Филофей, как верный пес, выполнял приказ. А нового мальчика, честно говоря, ему даже было немного жаль – подставной хозяин притона хорошо знал, что с ним вскоре случится… Филофей поднял голову, посмотрел на оконце той кельи, куда был помещен новенький. Кажется, зажегся свет… Не спится? Откуда там свеча? Ах, не свеча – лампада. Но зачем так ярко? Вот разгорелась… И вдруг резко погасла… И вспыхнула вновь… А парень не так-то прост! Но и мы не лыком шиты! Филофей ехидно скривил губы. Диомид и рыжий судья-эпикуреец Антоний столкнулись с Хельги на форуме Тавра. Князь был не один, с Никифором, которого, почти не погрешив против истины, представил как своего старого друга, настоятеля и владельца небольшого монастыря неподалеку от Адрианополя. — О, сразу видно, твой друг – почтеннейший человек! – Юноша и судья вежливо поклонились. – Жаль, он, наверное, не очень-то хорошо относится к светской поэзии. — Отнюдь! – улыбнулся Никифор. – Я люблю многих поэтов… Вот, к примеру: Боги Олимпа теперь христианами стали и в доме Этом беспечно живут, ибо пламя им здесь не опасно. Пламя, кормящее тигель, где плавится медь на монету. — Позвольте… – Тряхнув рыжими кудрями, Антоний уставился в небо. – Кто же это? М-м-м… — Паллад, – подсказал Диомид. – «На дом Марины». Весьма смелый выбор для клирика! Никифор молча поклонился. — Кстати, о плавильных тиглях, – вспомнил вдруг судья, обращаясь к Хельги. – Тебе, любезнейший друг наш, надобно заказать серебряное зеркало у лучшего аргиропрата – мы тожественно повесим его на стену в доме братства. Кстати, что ты такое в зеркалах тогда, после ипподрома, увидел? Впрочем, не хочешь – не говори… – Антоний вдруг заторопился: – Идем, Диомид. Скоро начнутся бега! — Вы опять на ипподром? – усмехнулся князь. — Нет. – Судья отрицательно покачал головой. – Есть тут еще одно местечко… — Он говорит о тараканьих бегах, – смеясь, пояснил юноша. – Хотите, так пошли с нами! Хельги задумался. Он сегодня не случайно оказался на форуме Тавра – надеялся на встречу с Диомидом, и, как видно, не зря. Переговорить бы с парнем с глазу на глаз, так ведь, похоже, не удастся… А, впрочем, почему бы не переговорить так? — У меня к тебя одна просьба, Диомид. – Князь взял юношу под руку. – Дело касается ведьмы. Той самой, вхожей во дворец… — Гездемоны? – Парня передернуло. – Это такая тварь, что я бы порекомендовал тебе держаться от нее подальше. — И все же… говорят, она неплохо гадает. — Да, гадает она хорошо, – кивнул юноша. – Только вот увидеть ее можно, пожалуй, лишь во дворце, там она частенько бывает, а где живет – не знает никто. |