Книга Вещий князь: Ладожский ярл. Властелин Руси. Зов Чернобога. Щит на вратах, страница 554 – Андрей Посняков

Вечером на площади Быка было довольно многолюдно, может быть потому, что шедший целый день дождь вдруг прекратился и над мокрым городом весело засияло желтое солнце. Впрочем, наверняка здесь собралось бы достаточно людей и в дождь – ромеи не любили сидеть дома, многие из них почти все свободное время проводили на форумах, в тени портиков, или в общественных банях – термах.

На этот раз Хельги был более внимателен и заметил Диомида еще издали. На плечи юноши была накинута длинная мантия с капюшоном, полностью скрывавшая фигуру.

— Ну и ну. – Вместо приветствия Диомид недовольно скривился. – Ну разве можно в этом… Мы ж с тобой не на заседание синклита идем!

— А что такое? – Хельги оглядел себя. Обычная одежда – туника, тал ар, плащ.

— Больно уж ты чистый, – покачал головой Диомид. – И вообще, не похож на подгулявшего подмастерья. Талар вообще лучше снять, тунику – измазать глиной, вон как у меня. – Он распахнул мантию, показав разорванную на груди белую тунику, вполголоса пояснил: – Белая и рваная, потому что у меня якобы траур – умер любимый родственник. Надоело плакальщиц слушать, вот и решил немного развлечься. Так многие делают. – Юноша огляделся по сторонам и азартно улыбнулся: – Ну, пошли, что ли?

Небольшая площадь, куда они пришли уже ближе к ночи, была застроена какими-то полуразвалившимися зданиями самого трущобного вида. Дырявые крыши, кое-как заткнутые ненужным тряпьем, покосившиеся стены, темные провалы окон. В одном из строений тускло горели светильники, и из распахнутых настежь дверей доносились хриплые песни, прерываемые отборнейшей руганью и женским визгом. Хельги сунулся было туда, но Диомид вовремя схватил его за локоть.

— Эй, мы туда не пойдем. Больно надо получить нож под сердце. Лучше посидим здесь, под липами.

Вечер был теплым, в небе ярко светила луна, и звезды подмигивали собравшейся под липами толпе босяков, азартно рукоплескавших танцовщицам, что под лютню и бубен извивались в бурном танце.

— Давай, давай, Хеломида! Давай, Катрия! Приподними подол, не стесняйся!

Одна из танцовщиц – молодая, не лишенная приятности дева – тут же приподняла подол рваной туники, заголив ноги куда выше колен. Зрители довольно закричали, подбадривая:

— А ты что ж, Хеломида? Снимай с себя все, здесь все свои!

Вторую танцовщицу – Хеломиду – явно не нужно было долго упрашивать: крутнувшись на пятке, она стащила с себя грязную столу, с показной яростью швырнув ее в собравшихся. В следующий миг туда же полетела и туника. Оставшись голой, Хеломида – не первой молодости гетера, тощая, с отвислой грудью – похабно осклабилась, покачивая дряблыми бедрами.

— А теперь ты, Катрия! Ну!

Катрия, как видно, не часто тешила публику подобным образом, поскольку, никак не реагируя на крики, продолжала себе плясать, презрительно улыбаясь. Впрочем, какой-то тип уже обхаживал толпу с шапкой в руке. Зазвенели монеты.

— А ну, кто больше! – закричал человек с шапкой. – Кто же обнажит нашу Катрию?

Монеты полетели чаще.

— Ну, не жалейте же серебра, свободные граждане!

Судя по огорченной морде кассира, серебра явно ни у кого из собравшихся не было, а у кого и было, так те вполне благоразумно не собирались тратить его неизвестно на что. Ну, сбросит жеманная Катрия тунику, и что? Экая невидаль – голая девка.