Книга Вещий князь: Ладожский ярл. Властелин Руси. Зов Чернобога. Щит на вратах, страница 442 – Андрей Посняков

— Чернобог! – взяв в руки дрын, громко позвала девушка. – Чернобоже!

— Чего тебе? – Волхв подошел к сараю. Видно, и без твари знал, что там дева. А Радослава еще и напомнила.

Глазки жреца вдруг заблестели. Зачем-то оглянувшись, он резко отодвинул засов, заглянул внутрь… И получил по башке дрыном! Да так, что искры из глаз полетели.

Волхв ничком повалился наземь. Радослава нагнулась к нему. Вроде не шевелился. В глазах девушки вспыхнула радость. Что ж, он получил за всё. Впрочем, некогда с ним. Бежать! Бежать отсюда немедля! Взволнованная, Радослава даже не заметила, как закрыла дверной проем чья-то черная тень. Вздрогнула, услыхав насмешливый голос:

— Далеко ли собралась, дщерь?

Извилиста Сарка-река, порожиста, своенравна. Нынешним летом сух выдался август, мало дождей выпало, оно и хорошо для урожая, а для реки – плохо, обмелела Сарка, обнажила местами дно, выставила напоказ острые камни. Не пройдет и рыбачья лодка, не говоря уж о посудине покрупнее.

Хельги с усмешкой взглянул на реку. Потом оглянулся на войско – младшая дружина шла ходко, «отроки», почти не звеня кольчужками, вполне поспевали за конным князем. Тропа вдоль реки тянулась нахоженная, широкая, стало ясно, что места здесь обитаемые. Селений, правда, заметно не было – прятались, таились по холмистым берегам среди непроходимых лесов, – зато то и дело попадались спускавшиеся к реке тропки, видно, что не звериные, на водопой, нет, вполне человеческие, и вели они к аккуратно сделанным мосточкам – причалам, у которых – то углядели востроглазые вои-«отроки» – покачивались спрятанные в камышах челны. От кого прятали?

Келагастовы люди тем не менее не оставляли дружину совсем без пригляду – отрубленные головы и руки, правда, больше не попадались, но пару раз мелькали среди кустов словно бы нарочно вкопанные у самого берега идолы, изображавшие неведомых богов, – Хельги сначала думал, что местных, однако весянин Тяхк, сурово покачав толовой, пояснил, что подобных богов у веси нет, одни духи – озерные, лесные, небесные. И не как эти жуткие деревянные уродища – все хорошие, добрые, за исключением тех злобных сущностей, что обитали возле озера Злого духа.

— И что же там за злыдни? – обернувшись к Тяхку, поинтересовался князь.

Юноша тут же замкнулся. Нехорошей приметой считалось среди лесных людей поминать пирозерских духов. Кроме волхвов с Пирозера, никто никогда не требовал от веси человеческих жертв. Да и давно то было. С тех пор повымерли волхвы, позарастали сорной травою древние капища.

— Позарастали, говоришь? – Хмыкнув, князь кивнул в сторону очередного показавшегося из-за кустов орешника идола.

Тропа постепенно становилась уже, терялась в оврагах и буреломе, в желтоватых папоротниках. Теперь и вправду было бы легко заблудиться, если б не река да вот идолы, с завидным постоянством возникавшие в самых неожиданных местах – в куче хвороста, в камышах, на склонах оврагов. Маленькие, кое-как вырезанные, они нехорошо щурились, изогнутые в ухмылках губы их были щедро измазаны кровью.

— Тьфу ты, – плевался Найден. – И выберут же место для капищ! Ни подойти, ни сунуться. Вот и пойми эту весь.

— А и понимать нечего, – откликнулся князь. – Не для лесных людей идолища ставлены, для нас. Чтоб с пути не сбились.