Онлайн книга «Щит на вратах»
|
— «Гонец Гнева», — подсказал Никифор. — Мы загрузили ее трюмы зерном. Неплохой подарок осажденным, не так ли? Думаю, портовая стража будет к нам снисходительна. Пойдем Мраморным морем, в гавань Феодосия или Юлиана, без разницы. — Не боитесь, что вас сожгут греческим огнем, прежде чем вы приблизитесь к гавани? — Нет, — покачал головой Ирландец. — Вряд ли безобидная скафа столь сильно напугает огненосный имперский дромон. — А этот постоялый двор, — не отставал Хельги. — Что говорил о его хозяине Евстафий? — Да ничего особо не говорил. — Ирландец пожал плечами. — Это какой-то дальний родственник одного из знакомых Догорола в Суроже. Знакомый этот уж больно сильно хвалил заведение Филофея. — Что ж, пока не вижу серьезных изъянов, — сцепив руки, признался князь. — В самом деле, почтенные негоцианты направляются в Константинополь из Сурожа. Они, конечно, слышали кое-что о походе кровожадных русов, но особого значения не придали — русы почти каждый год ходят к столице, кто ж знал, что именно в этот раз они явятся в столь устрашающем количестве? Пришлось искать обходные пути, — пользуясь вчерашним туманом, незаметно от варварских дозоров миновали проливы и выбрались в Мраморное море, где с восторгом предались в руки имперского флота. Не самая плохая придумка. Должно пройти. — Пройде-о-от! — Не стоит раньше времени обнадеживаться, друже Никифор, — улыбнулся князь. — И пожалуйста, не говори, что все в руце Божьей. Не в Божьей, а в наших! Кого вы посадите матросами на скафу? По-моему, это тоже весьма важный момент. Если начальник морской стражи заподозрит что-то неладное, вряд ли вы доберетесь до постоялого двора — сгниете в тюрьме или умрете под пытками. — И что же он может заподозрить? — А все что угодно! У моряков не так повязан шейный платок или вообще его нет, флаг развевается не на той мачте или на той, но не так, да мало ли… — Хельги задумался. — Я бы на месте начальника стражи наверняка захотел бы поговорить не только с хозяевами, но и с кормщиком и, может быть, даже с кем-нибудь из старших матросов. Так кто у вас в матросах-то? — Все самые верные люди, умелые воины. — А есть ли среди них умелые моряки, умеющие обращаться с парусами, ведь скафа — это не насад и даже не ладья? Вижу, попал в больное место, а? Ирландец досадливо скривился. — Да думал я уже об этом, князь. Как раз сегодня хотел заняться отбором. Полагаю, не стоит посвящать воинов в игру. Чем больше людей знает о наших истинных целях, тем меньше шансов, что они останутся тайной. Хельги молча кивнул — и в самом деле, Ирландец был прав. Что толку в логове врага от горстки преданных воинов, пусть даже умелых и хорошо вооруженных? — Да ну вас, — махнул рукой Никифор. — Развели дискуссию, право слово! Ну, у кого могут вызвать подозрение двое не слишком удачливых купцов-сурожцев? — Трое, Никифор! — неожиданно засмеялся Хельги. — Что?! — Ирландец и инок недоуменно переглянулись. Одно дело они и совсем другое — киевский князь, которого каждая собака знает. Да и вообще, страшно подумать, что произойдет, если дружинники в одно прекрасное утро не увидят перед собой князя верхом на белом коне. — Увидят. — Коротко кивнув, князь вдруг громко хлопнул в ладоши. Тотчас же, колыхнувшись, отодвинулась скрывавшая вторую половину шатра портьера… |