Книга Щит на вратах, страница 76 – Андрей Посняков

— Ну, не так уж это и трудно, — улыбнулся возлежавший на узком походном ложе князь. — Во дворец ведь вхоже достаточно большое количество людей: посольства, купцы, мимы. Я уже не говорю о слугах и всяких там архитекторах, каменщиках, охране и прочих. Вполне можно пройти. А вот как вычислить друида?

Ирландец потянулся к кувшину, стоявшему на небольшом столике, плеснул в серебряный кубок вина, попробовал и сморщился — кисло.

— Не вино, а какой-то уксус, — недовольно произнес он. — То ли дело у нас в Новгороде, ягодная брага!

— Ты еще медовуху вспомни. — Хельги засмеялся и тоже налил себе вина, попробовал — а, вроде ничего, не особо и кислое, привередничает Ирландец, что поделать — сколько ему, сорок? Совсем скоро старость.

— Конхобар, жаловался Вятша на твою деву.

— Ирса? — Ирландец вдруг улыбнулся, даже как-то неожиданно тепло, правда, быстро справился с этой своей слабостью. — Что там она еще натворила? Надеюсь, все живы?

— Да живы-то, живы, — князь еле сдерживал смех, — только вот у кого рука вывихнута, у кого нога, а у кого и ребра поломаны. Крута на расправу твоя стражница! Гриди всего-то и хотели — женской ласки. Подошли, не насильничая, задрали рубаху, потрогали грудь — ну, и получили… Мало не показалось.

— И нечего им лелеять непотребные мечты о прелюбодействе, — наставительно заметил Никифор, скромно сидевший в дальнем углу шатра. — Малы еще. Так что правильно поступила Ирса.

— Великим талантом обладает девица, — усмехнулся Ирландец. — Ей бы родиться воином.

— Она и так воин, получше многих. — Князь хохотнул.

— То так… — Ирландец задумался. — Наверное, я возьму ее с собой в город. Может пригодиться.

— Зачем? — возразил Никифор. — Мы же пойдем тайно, под видом купцов.

Конхобар чуть скривил тонкие губы.

— Ирса не будет лишней. В Миклагарде слишком много нехороших людей.

— Нехороших — это еще мягко сказано, — со вздохом согласился Никифор.

Князь приподнялся на ложе и окинул собеседников пронзительным взглядом.

— Ну, поведайте, чего напридумывали?

— Пока пойдем под видом купцов. — Понизив голос, Ирландец оглянулся на затканную золотой нитью портьеру из тяжелой шерстяной ткани, разделявшую шатер надвое. Там вполне мог кто-то спрятаться… Конхобару показалось на миг, будто он даже слышит чье-то дыхание. Впрочем, вряд ли бы князь поступил столь опрометчиво.

— Купцов? — перехватив взгляд Ирландца, азартно переспросил Хельги. — Каких, откуда?

— Из Сурожа, компаньоны Евстафия Догорола. Он нам и рекомендательное письмо дал, к хозяину постоялого двора Филофею Мамоне, — пояснил Никифор. Судя по его довольному виду, инок был весьма рад вновь окунуться в мирские дела, хотя, конечно, на словах горячо утверждал обратное. — Нас очень интересуют поставки коринфского мрамора.

— Почему именно коринфского? — не слезал с легенды князь. — Почему не эпирского, не родосского?

— Коринфский — самый красивый и дорогой, — с улыбкой, которую даже самый распоследний альтруист вряд ли осмелился бы назвать доброй, пояснил Ирландец. — Без разрешения канцелярии двора нам не разрешат его вывезти. Значит, будет повод наведаться во дворец. И не один раз, учитывая сребролюбие имперских чиновников.

— Гм. — Хельги покусал ус. — Неплохо придумано. А корабль? Эта захваченная нами скафа… Как ее?