Онлайн книга «Зов Чернобога»
|
Порубор проводил девчонку рассеянным взглядом. — Вот заполошная. — Красивая, — тихо промолвил Твор. — Кто? Речка?! Скажешь тоже… — Порубор засмеялся и вдруг умолк… а ведь и в самом деле, не та уже стала Речка, стройна, тонка станом, а уж коса… — В общем, так. — Встав из-за стола, юноша подошел к мальчику. — Буду тебя учить грамоте. Согласен? — Еще бы! — обрадовался Твор. — Только это трудно, наверное… — Да, нелегко. — Порубор улыбнулся. — Но ты не бойся, Вятша меня за тебя просил — так я научу, хоть ты что делай. Только уговор — во всем меня слушаться. — Понял, — кивнул отрок. — Сейчас вот работу по хозяйству справишь, и пойдем с тобой на торг. — Вот здорово! — Погоди, не ори так, в ушах звенит. — Порубор поморщился. — Вообще старайся говорить негромко, степенно, таких людей лучше слушают и уважают. Понял? — Угу! — А теперь скажи для начала, зачем нам на торг? — Ну… — Отрок задумался. — Смелей, смелей, — подбодрил Порубор. — Мыслю — прикупить чего-нибудь. Стилосы, перья гусиные, вощеные дощечки, так? — Так, — кивнул юноша. — Да не совсем. Посмотри-ко на себя! Твор посмотрел. Ничего особенного: порты, онучи, лапти — хоть и весна, да холодновато еще босиком-то — рубаха сермяжная, такой же зипунишко. — Как это «ничего особенного»? — Порубор усмехнулся. — Руки от грязи черные, волосы нечесаны, вон — солома в них застряла, пояс засаленный, на рубахе, на животе прямо, дырища! — Так то сестрица не досмотрела, не успела зашить! — Сестрица?! А сам-то ты на что? Вернется Речка, спросишь у нее иголку с нитью — зашьешь, да, смотри, аккуратно, плохо сделаешь — не возьму на торжище. Чего мне с таким грязнулей позориться? Да не шмыгай ты носом, нехорошо. Пока вон воды нагрей да голову вымой, а заодно и руки. Вздохнув — ну и Порубор, ну и зануда, за что только Вятша его так сильно уважает? — Твор скинул зипун, стянул через голову рубаху… — Ой, никак вымыться решил? — войдя, прыснула со смеху Речка. — А мы-то, глядя на тебя, думали, в ваших лесах вообще не моются. Отрок обиженно засопел. — Речка, — попросил Порубор. — Там, в сундуке, старый дедков пояс был, нарядный. Дай-ко! — А Любима… — Да разрешит Любима, скажешь, что я взял. Пожав плечами, Речка наклонилась к сундуку. Да еще нарочно так платье стянула, чтоб Порубор слюной захлебнулся. Скосила глаза, вздохнула — нет, не проняло! В своих мыслях витал парень. — Ну, вымылся? — Порубор взглянул на отрока. — Теперь рубаху зашей. И на вот тебе пояс. По пути на Подол они встретили возвращающихся с бельем девушек — Любиму и Радославу. Обе уже подружились, болтали о чем-то, смеялись, увидав парней, прыснули еще больше. И чего ржут, словно лошади? — Нет, — остановились, — не надо нам помогать, сами донесем одежку. Идите, куда шли. — Ну, как хотите, — не стал настаивать Порубор. Эх, и красива же эта Радослава. Вот бы такая его полюбила… Юноша вздохнул, позавидовал Вятше, потом обернулся к Твору: — Ну, не дуйся. Все тебе было правильно велено. Для чего? Сейчас обскажу. Есть у меня вражина — завистник, Ерофей Конь, тоже проводник, и не худой. Только вот серебришка у него за сезон выходит куда как меньше, чем у меня, хоть и скряга Конь известный. Почему так? Не знаешь? Я скажу. Вот, посмотри, как я одет? — Хорошо одет, — скосил глаза Твор. — Богато. |