Книга Черный престол, страница 35 – Андрей Посняков

Странные были отроки — еще совсем дети, но уже какие-то смурные, угрюмые, с лицами, словно у маленьких старичков. Странные…

Подойдя к амбару, Ладислава обернулась к ним, но один из стражников грубо схватил ее за волосы и втолкнул внутрь. Пролетев несколько локтей, девушка упала, ударившись головой о стену, и заплакала от обиды и боли. Любима бросилась к ней с утешеньем, воины увели в кузницу Речку. Вскоре все узницы были скованы и, сидя на старой соломе, гадали о своей участи.

А в самой большой избе в это время завтракали кашей с медом Истома Мозгляк и Лейв Копытная Лужа. В лучших своих одеждах, умытые, словно ждали кого-то.

— Усмотрят ли стражи? — оторвался от каши Истома.

— Усмотрят, — заверил варяг. — Дадут знак на башню. Успеем, встретим. Готово ли капище?

— А чего там готовить-то? — ответил Истома. — Дуб стоит, как стоял, ножи приготовлены. Как бы только чужие волхвы не пришли — могут, Перунов день сегодня.

— Не пройдут, я выставил стражу — самых лучших отроков. Уж они не пропустят, живо лишат живота любого чужака, — не выдержав, похвастался Лейв.

— Так отроков князь велит собрать всех, — осторожно заметил Истома.

— Велит — соберем. Успеем.

— Ну, смотри. Ты ведь за воинов отвечаешь.

— Я-то — за воинов, а вот за жертвы — ты. — Варяг прищурил свои и без того узкие глаза. — Готовы ли?

— Готовы, — кивнув, хохотнул Истома.

— Что — всех девок в жертву? А если князь…

— Да не всех. Девственниц оставим, как князь и велел. Есть там две древлянки… — С глумливой усмешкой, Истома взглянул на напарника. — Те, похоже, давно замужем… Вот их. А прежде — сюда. А?

— А успеем? — Лейв боязливо повел плечами. — Ну как князь слишком быстро приедет? Лучше побережемся.

— Ну, как хочешь, — пожал плечами Истома, про себя ухмыляясь. Знал — не особо-то нужны Лейву женщины, верный слуга Грюм частенько водил по ночам в его избу вновь прибывших отроков.

— Послушай-ка, друже Истома, — зачем-то оглянувшись, понизил голос варяг. — А давай и эту, златовласую, в жертву! Не нравится она мне.

— Не нравится? А по мне — так красивая девка, такую и употребить не стыдно.

— Так и употреби! Прямо сейчас. А потом — в жертву. — Лейв аж затрясся весь. — Уж слишком давно она нас знает и — ты заметил? — прямо-таки не отстает от нас, всё время на нашем пути — уж не дело ли это богов? — Варяг задрожал.

— Наш князь — сам бог! — зловеще сказал Истома. — И он приказал, чтобы все пойманные девки были красивы и девственны. А ты кого словил? Рыжую да щербатую да двух древлянских кобыл, на которых только пахать можно?

Лейв со страхом попятился:

— Да наловим еще.

— Наловим… — пробормотал себе под нос Истома. — Оно, конечно, наловим… А вот насчет златовласки… А и правда — употребить? Раньше-то можно было, да вот Лейв этот, неизвестно же, как он отнесется? Может, снаушничает князю. А сейчас вот сам предложил. Раз предложил — пускай сам и приведет, оно безопасней. Ну, Лейв, уговорил, — сказал он громко. — Вели-ка Грюму, пусть тащит сюда златовласую. Употребим, по твоему совету.

Лейв высунулся в дверь:

— Эй, Грюм!

Лысый возник, словно из-под земли. Выслушав приказание, подобострастно кивнул и бросился исполнять. Взяв с собой воинов, вошел в амбар, вытащил во двор Ладиславу, огладив руками по всему телу, — эх, хороша девка, такую б и самому…